Автор
В теплый летний вечер Манхэттена исчезла вся электричество, оставив лишь румяный закат и шепот горы. В одном из великолепных пентхаузах тишина царила абсолютная, пронизанная холодом и молчаливостью. Столешница на середине просторной гостиной была скрыта под пушистым белым ковром, а кожаное кресло, смотрящее в окно — символом уюта и роскоши....
Праздник набирал обороты, на сцене выступала кавер-группа с лучшими хитами, сбоку от сцены расположились несколько столов, где можно было провести предварительную дегустацию и выбрать для себя вино или коньяк, производимые на винодельне. Попробовав несколько сортов вин, парочка решила остановиться на Каберне Совиньон, которое обладало ярким и насыщенным вкусом, а также имело сулившую веселье и потерю головы от наслаждения терпкость.
Переместившись за столик, Саша и Ассоль заказали сеты к вину. Ведь чтобы раскрыться в полной мере, вино должно иметь правильное сопровождение.
Войдя в шале, Саша поставил бутылку на тумбочку, взял одной рукой Ассоль за ее аккуратные пальчики, а второй стал нежно гладить по волосам.
– Ты прекрасна! – нежно произнес парень.
Девушка, ничего не ответив, смущенно опустила глаза в пол.
– Не стесняйся. Посмотри на меня. Ты очень красивая. – продолжил мягким тоном Саша, аккуратно держа Ассоль за подбородок.
Сладкие от вина губы девушки приоткрылись, и парень страстно поцеловал ее. Его язык периодически касался языка нимфы, губы сжимались в поцелуе, томное желание и горячее возбуждение овладело молодыми телами. Саша запустил свои обольстительные руки под футболку Ассоль и стал медленно гладить ее талию и спину, все плотнее прижимая девушку к себе.
Спустя пару минут Александр развернул Ассоль в сторону кровати и, не прекращая целовать ее манящие губы, осторожно положил на спину. Рука снова проскользнула под футболку девушки, где он обнаружил торчащие от возбуждения соски, которые никак не мог оставить без внимания его проворный язычок.
Закончив с грудью, парень начал целовать ее стройный животик, медленно спускаясь вниз. Он чувствовал, как тело Ассоль содрогается от удовольствия и желания.
