Было приятно, но я по-прежнему боролась с собой, не желая расслабляться, когда заговорил Натэниэл:
— Все в порядке, Анита, ты можешь потрогать его в ответ. Он милый, хоть и не в моем вкусе, так что позволь себе его коснуться. Контакт кожи с кожей помогает восстановить силы.
— Спасибо, Натэниэл, — поблагодарил его Ричард.
Они вели себя хорошо, так что я позволила своей руке скользнуть под рубашку Ричарда, чтобы коснуться его живота. Кожа у него была теплой, гладкой и… приятной. Я прислонилась своим обнаженным бедром к его бедру, и мне стало еще приятнее.
— У меня такое чувство, словно я ранена, и если я посплю между двумя верживотными, несущими в себе тех же зверей, что и у меня, то смогу исцелиться.
— Можем попросить какого-нибудь мистика из числа Арлекинов осмотреть тебя на предмет магических привязок, — предложил Джейк.
— Не думаю, что проблема в этом, однако хорошо иметь под рукой умельцев, способных на такой осмотр, — заметил Жан-Клод.
— А что, по-твоему, не так? — поинтересовалась я, как можно плотнее прижимаясь к обнаженной коже Ричарда и мысленно ненавидя тот факт, что это ощущалось так приятно.
— Вся сила, которую мы подняли сегодня, ушла ко мне, чтобы одолеть Деймоса. Ты себе ничего не оставила.
— Быть твоей батарейкой — это моя работа.
Ричард прижал меня чуть ближе к себе и спросил:
— Ты взбесишься, если я предложу себя в качестве закуски?
— Мне будет спокойнее, если Анита покормится на ком-то, с кем у нее и Жан-Клода нет такой прочной метафизической связи, — сказал Джейк.
— Ты это уже говорил — что-то на тему того, что мы должны беречь наши силы для новой битвы, — ответила я, и мой голос прозвучал совсем сонно. Ричард был таким теплым, а рокот его энергии казался таким родным для меня и моей волчицы. Ужасно бесило, что он по-прежнему такой приятный на ощупь — даже кожа вкусно пахнет, что для меня обычно признак влюбленности. Когда чувства проходят, кожа начинает пахнуть горечью. До того, как внутри меня появились мои звери, я этого не замечала, так что, наверное, это типично для оборотней.
— Ты пытаешься убаюкать меня?
Это звучало разумно, но я почему-то чувствовала себя предательницей, обжимаясь с Ричардом, когда Натэниэл находился так близко от меня. Он прочел мои мысли или, может, просто догадался об этом, потому что сказал:
— Хорошо, что тебе приятно отдыхать рядом с Ричардом. Вы оба истратили сегодня кучу волчьей энергии.