Сейчас на мне была черная блузка и серые клетчатые брюки, сегодня я не одета как все мои официанты. Об этом я не подумала.
Волнение вернулось и мне пришлось обхватить себя руками в защитном жесте.
— Моя смена закончилась пятнадцать минут назад, — сказала я, открыто встречая его изучающий взгляд. — Сейчас я собиралась встретиться с подругой, — добавила я, чтобы избежать возможных вопросов о моей фальшивой смене.
Блейк кивнул, отпустил меня и сунул руки в карманы брюк, о чем-то раздумывая. Его глаза заблестели, как если бы он собирался мнесказать что-то еще, однако он не проронил ни слова, своим молчанием заставляя меня беспокоиться.
— Что? — спросила я. Из-за бушующих внутри эмоций, во главе которых стояло волнение, голос казался сиплым и грубым.
Но Блейк, кажется, не заметил этого или заметил, но не отреагировал, вместо этого он улыбнулся уголком губ и приблизил свое лицо к моему.
— Хочу тебя поцеловать, — заправив выбившуюся прядь волос мне за ухо, сказал он нежным, теплым голосом. Как говорят это мужчины своими дамам, с которыми состоят в отношениях. Однако мы не были в отношениях и не могли быть. Так что не стоит выискивать в его действиях, интонациях и взглядах то, чего нет.
Взгляд карих глаз переместился на мои губы, и заметив, как я нервно провела кончиком языка по верхней губе, что-то в его глазах вспыхнуло.
Иисусе.
Что-то в моей груди затрепыхало, забилось о ребра, вызывая приятную дрожь во всем теле. Неужели это те самые бабочки? Никогда не испытывала такого раньше. И не хотелось бы испытывать впредь.
Пока эти крылатые не наделали глупостей, я поймала каждую и обрезала им крылья, не позволяя управлять мной. Я должна была опередить Блейка, который наверняка не так гуманен, как я, он сделает это тупыми ржавыми ножницами.
— Тебе пора, — отрезала я, не посмотрев ему в глаза.
Он властно взял мой подбородок пальцами и повернул голову на себя, встречая мой растерянный взгляд.
— Ты права, Дикарка, тогда я возьму его вечером. Договорились? — соблазнительным голосом спросил он.
Я кивнула, чувствуя, как мои щеки заливает румянец.
— Возьмешь что? — опомнилась я, глядя на него, как кобра на флейту заклинателя змей. Невольно мой взгляд опустился ниже, замечая его… Внушительную флейту, которая как всегда слегка выдавалась вперед в месте ширинки. А ведь он был спокоен.
В моей голове вспыхнули картинки нашей несостоявшейся близости в туалете клуба, и меня обдало жаром.
Кажется, если Блейк не медля зажмет меня в кладовой, я не откажу ему.
Осознав, что смотрю на его ширинку слишком долго, я резко вскинула голову.
Он дерзко улыбнулся, заметил, какое пристальное внимание я только что обратила на одну часть его тела.
Я старалась думать о чем угодно, о подруге, брате, расчетных ведомостях, но только не о нем.