Автор
В темном фойе старинного кабаре, где даже тусклый свет от лампы кажется ярким, Джоанна оглядывала интерьер, заряженный атмосферой забытых эпох и таинственности. Кухня ресторана, заслышав ее шаги, напряглась, словно сокрытие чего-то важного.
Похоже, «Тьма в его сердце (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Это телефон в твоих штанах?
— Нет, я просто очень рад тебя видеть, — усмехнулся я, закончив шутку за нее.
Мне очень сильно хотелось взглянуть не ее лицо в этот момент. Наверняка она улыбалась.
— Ладно, — скомандовала Джоанна. — Основы я поняла, теперь попробую побыстрее.
Она начала отталкиваться, а я по-прежнему держался за нее руками, помогая быть в равновесии.
— Только осторож…
Я не успел договорить. Все произошло в одно мгновение, Джоанна двинулась слишком резко и мы кубарем покатились вниз. Наши ноги спутались, и кажется, что-то хрустнуло, надеюсь это были лыжи.
Я зажмурил глаза, а когда открыл их, увидел ее обеспокоенное лицо надо мной.
— Боже, Блейк, ты в порядке?
Она лежала на мне, но услышав мое мычание, отползла и скинула перчатки.
— Тебе больно? Ты ударился? — кричала она.
Ее шапка сдвинулась на бок, а в капюшоне было полным-полно снега. Щеки ее покраснели от холода, и синие глаза на их фоне стали сильно выделяться, как большие стеклянные бусины. Мне едва удавалось сдерживать смех от этой картины, прикусив губу, я лукаво взглянул на нее.
— Кажется, что-то хрустнуло, — пожаловался я, жалобно застонав.
Она оглядела меня с ног до головы и увидела, как я шевелю сначала ногами, а потом руками. Затем она взглянула на мое лицо, и я не мог больше сдерживаться и расхохотался.
Ее брови взмыли в возмущении, и она ударила меня кулаком в грудную клетку.
— Ауч! Так нельзя, я же пострадал!
— Пострадало только твое эго! — рассержено воскликнула она.
Джоанна села на снег и принялась отстегивать свои ботинки от лыж, что-то гневно бубня себе под нос.
— Детская трасса, детская трасса. Кто делает такие склоны на детских трасах? — возмущенно буркнула она.
Я лежал на спине, смотрел на голубое небо и не мог вспомнить, когда в последний раз ощущал в душе такую легкость, как сейчас. И дело было вовсе не в лыжах и поездке в Аспен, кажется, дело было в Джоанне.
Я сел и тоже решил отстегнуть свои ботинки от лыж. Одна из них была переломана пополам.
Откинув в сторону сломанные лыжи, я взглянул на Джоанну, прикрывая глаза рукой от солнца. Она уже встала на ноги и принялась оттряхиваться от снега. На меня она не смотрела, брови ее были нахмурены, а губы плотно сжаты. Она злилась.
Я медленно опустился назад на снег, хватаясь одной рукой за голову.
— Ох, голова болит, — застонал я.
Джоанна искоса взглянула на меня и принялась высыпать снег из капюшона.
— Второй раз не прокатит Джефферсон, — фыркнула она.
