По шкале медвежьей агрессивности я не мог отнести его к гризли, но и пандой в этот момент назвать его было сложно.
Глаза отца сузились, когда он поймал мой взгляд. На его носу красовались следы от очков, две небольшие вмятины по бокам. Когда же он перейдет на линзы?
Встреча прошла идеально. Мужчина тридцати лет хотел построить комплекс для малоимущих. Если быть точнее, то комплекс ему нужен для того, чтобы пересилить конкретных жильцов и освободить конкретную землю, где они живут сейчас. Что он будет строить на новом месте – неизвестно. Можно ли назвать его планы альтруистическими, боюсь, что нет. Я склоняюсь к тому, что все дело в коммерции. В любом случае прозрачность его мотивов меня совсем не касается.
– Ты опоздал, – суровым голосом бросил отец.
– Да, пробки, – безразлично пожал плечами я. А какого еще ответа он от меня ждет? Я вышел вовремя, но кто мог подумать, что к одиннадцати часам утра весь город вдруг решит прокатиться в районе нижнего Манхеттена, тем самым осложнив мою единственную важную задачу на сегодня – явиться вовремя.
– Не пробовал выезжать раньше?
– Я выехал во сколько нужно.
Отец изучал меня недовольным взглядом долгие десять секунд, затем покачал головой, словно что-то заметил в моем внешнем виде. Ну не знаю, например клуб размером с трехэтажный дом, приклеившийся к моей подошве.
– Чем ты вчера занимался?
– Как думаешь, какое впечатление наша компания производит на потенциальных клиентов, если главный инженер заставляет себя ждать больше пятнадцати минут?
– Такое впечатление, когда работники этой компании не властны над дорожным трафиком, – безразлично ответил я, закипая внутри.
– Нет, Блейк. Они могут счесть, что наша компания не достойна выполнять их заказ.
– Да брось, этот контракт не важен. Халупы в Бронксе может построить компания поменьше.
– В Бруклине, это жилищный комплекс в Бруклине!
Я знал, что он в Бруклине.
– Не бывает неважных контрактов, Блейк. Когда ты это наконец поймешь? С подобным мышлением, нашей компании придет конец.
Отец машинально потянулся к карману черных брюк, достать пачку сигарет, но там было пусто. Вот уже девять лет он пытается бросить курить, но стоит выкинуть одну пачку, приходится идти в магазин за другой. От этого его импульсивного порыва схватиться за сигареты, у меня закололо где-то под левым ребром, волной тревоги распространяя это чувство на все тело.
– Не наступит, я не директор, не моя обязанность держать компанию на плаву, – холодно ответил я, избегая его взгляда.
