Автор
Мать пугливо кричит об умирающем ребенке, при этом юноша на полу кажется случайным прохожим лишь из-за его необычного состояния: тело спрессовано и мертвенно-бледное. Действие происходит в убогой квартире с потертыми стенами и скрипящими половицами, где туман проникает даже между пустующих штор. Княгиня приходит к печальному выводу: несчастный пришел на непостижимую мерею, оставив за собой тайны и разочарование....
Похоже, «Точка Бифуркации VI (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но так как обзор у него был весьма ограничен, увидеть, кроме грунтовых стен собственной могилы и тёмных туч на небе, ему толком ничего и не удалось.
— Закапывай. — достаточно громко чтобы пленник услышал, прозвучал второй мой приказ. И спустя пару мгновений, лопата за лопатой на него вниз полетела земля.
— А-а-а-а! Какого чер…бх-бх-бхуээ… Перестаньте! — выплевывая изо рта грязь и извиваясь на дне ямы, стал кричать военный.
Но я молчал, а Аластор не останавливался, продолжая сбрасывать вниз землю, периодически лопату-другую намеренно рассыпая на лицо предателя, тем самым вызывая у него очередную волну паники.
— Хватит! Пожалуйста! Бх-бху-бхэээ…! Что вам…бх-пф-бфуээ… надо.?!"
"Продолжая игнорировать мольбы офицера, демон всей своей тёмной душой наслаждался происходящим процессом. Я же, в свою очередь, тоже спокойно наблюдал, терпеливо дожидаясь нужного момента. Он наступил только через несколько минут, ввиду намеренной неспешности беса, явно растягивающего своё удовольствие.
Остановив его взмахом руки, я присел над ямой и наклонившись вниз стряхнул с лица выявленного предателя землю, тем самым позволяя тому вновь получить доступ к воздуху. К этой минуте всё его тело уже находилось под землёй и только голова, точнее часть лица и левое ухо, оставались на виду.
— Как давно работаешь на врага?
В другой ситуации, плачевный вид этого офицера мог бы кого-нибудь разжалобить. Но сейчас, когда я точно знал, что благодаря этому уроду на тот свет едва не отправилась целая сотня молодых пацанов… В общем, если бы он стал молчать или юлить, то гнить бы ему в этой сырой земле без грамма моих сожалений и угрызений совести.
Правда Семён Гаврилов, как он мне представился, всё же предпочёл жить, и прекрасно прочувствовав ситуацию и мою решительность, стал говорить, едва не захлебываясь при этом слезами.
— Месяц! Только месяц!
— Каким образом происходила передача данных? — прикрыв глаза и вместе с тем контролируя вспыхивающую в душе ярость, продолжил я допрос.
— Через мессенджеры… из дома отправлял.
— Телефон где?
— В квартире.
— Адрес?
Пока жадно глотавший воздух пленник отвечал на вопрос, я пересёкся взглядом с Кали, которая меня быстро поняла и безмолвно кивнув, тут же развоплотилась.
— Сколько тебе за это платили?
— По-разному… — уже более спокойно бросил офицер, безуспешно пытаясь оглянуться назад на мой голос.
