Десятая книга серии о реинкарнации и переселении душ. Главный герой, попаданец из скучного мира без магии и фантастики, получает второй шанс в новом воплощении. Ему предстоит разгадать тайну бифуркационной точки и понять истинную природу своего существования в цикле вечных перерождений.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Точка Бифуркации X» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Десятая книга серии о реинкарнации и переселении душ. Главный герой, попаданец из скучного мира без магии и фантастики, получает второй шанс в новом воплощении. Ему предстоит разгадать тайну бифуркационной точки и понять истинную природу своего существования в цикле вечных перерождений.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Десятая книга серии о реинкарнации и переселении душ. Главный герой, попаданец из скучного мира без магии и фантастики, получает второй шанс в новом воплощении. Ему предстоит разгадать тайну бифуркационной точки и понять истинную природу своего существования в цикле вечных перерождений.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Точка Бифуркации X» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Её золотистые волосы спадали на плечи, а брови были слегка сведены — признак глубокого сосредоточения.
Наклонившись к Виктории, я тихо прошептал, стараясь не привлекать внимания:
— Как думаешь, доживём до конца лекции?
Княжна едва заметно усмехнулась, не отрывая взгляда от тетради.
— Когда я смотрю на эти формулы со сложным интегралом, возникает ощущение, что мой мозг вот-вот взорвётся, — ответила она шёпотом, в голосе звучала лёгкая ирония.
Я улыбнулся, отлично понимая, что Вика шутит — всё, что касалось точных наук, сестра схватывала моментально. Следом покосившись налево, тихо добавил:
— Насть, ты обедать с нами пойдёшь?
Воронцова, уловив своё имя, повернулась к нам и, прищурившись, прошептала:
— Если вы двое не перестанете болтать, то обедать будут нами.
Её глаза блеснули озорством, после чего она тут же перевела взгляд на лектора. Я кивнул, изображая серьёзность, хотя внутри едва сдерживал улыбку.
В этот момент, словно почуяв чужую радость, де Лавальер подняла взгляд. Её глаза сверкнули холодным огнём, и на мгновение в аудитории воцарилась напряжённая тишина. Я почувствовал, как напряжение повисло в воздухе, а внимание женщины сконцентрировалось на мне.
— Князь Черногвардейцев, может быть, вы поделитесь с нами своими мыслями по поводу решения этого уравнения? — её голос был холоден, как зимний ветер.
Все взгляды обратились ко мне. Я поднял глаза и с лёгкой улыбкой ответил:
— Боюсь, Анна Викторовна, что мои способности могут вас разочаровать. Но если вы настаиваете…
В аудитории пронёсся лёгкий шёпот. Виктория посмотрела на меня с настороженностью, а Настя прикрыла рот рукой, чтобы скрыть улыбку. Де Лавальер прищурилась, её губы сжались в тонкую линию.
— Ваше присутствие на лекциях оставляет желать лучшего, а отношение к предмету — ещё хуже, — сказала она с укором, её тон был пропитан ледяным сарказмом. — Возможно, вы считаете, что ваш титул позволит вам игнорировать учёбу и получать отметки просто так?
Это была старая песня. В самом начале семестра, ещё в горячую фазу войны с Пожарскими, мне так или иначе пришлось пропустить не один день занятий в университете. И теперь, всё оставшееся учебное полугодие, мне то и дело приходилось выслушивать замечания старой мегеры на этот счёт. Основная масса преподавателей, к слову, отнеслась к моим обстоятельствам с пониманием, предложив ряд адекватных вариантов закрыть случившиеся пропуски. Но де Лавальер среди их числа, конечно же, не оказалось.
Я слегка наклонил голову, изображая глубокую задумчивость.
— Вовсе нет, Анна Викторовна. Просто так мне в этом мире пока ничего не доставалось. Разве что ваша искренняя забота, — произнёс я сдержанно, но в голосе прозвучала едва уловимая ирония.
