Начало текста: "В Шанхае в холодную осень улицы кажутся не просто тихими и пустыми — они будто прячутся под обледенелыми крысиними ямами. Андрей Лехельт, молодой разведчик, шагает по этим улицам с картой в руках, надеясь найти что-то необычное за пределами привычной картины: точку росы, как говорят шанхайские агенты. Его миссия — установить связь с чужаком из другой страны, и каждый шаг становится открытием нового мира."...
Как ты думаешь — сколько они получают?
— Ну что ты заладил — сколько да сколько! — сказала Пушок, привычным движением старшей сестры поправляя на лохматой голове Ролика криво сидящую шапку. — Жаба душит, что ли? Вот столько, да еще полстолька! Поедешь на международный слет разведчиков — там и спросишь!
— А что — есть такой?
— Нет, конечно. Я пошутила.
— Жаль... Я, наверное, в прошлой жизни был американцем. Поэтому все время о деньгах и думаю.
— Сходи в посольство, потребуй американского гражданства! Пусть по спискам прошлых жизней проверят.
— А ты была росомахой!
— Почему? — изумилась Пушок.
— Не знаю! Похожа!
— А как она выглядит?
— Ну... здоровая такая... лохматая... наверное.
— И вовсе я не росомаха, — обиделась Людочка, дотрагиваясь до своей непривычной короткой стрижки и вертя головой в поисках зеркальной витрины. — А Тыбинь кем был?
— Старый был ленивым буйволом из африканской саванны. Точно!
— А Кира?
— Наверное, матерью-Коброй! А Морзик.
— Ну, Морзик я знаю кем был! Котярой он был им и остался!
Возмущенная Людочка хотела еще что-то прибавить, как вдруг Ролик крепко сжал ее плотную ладонь в своих холодных узких пальцах.
— Секи! Вот он — резидент! — прошептал он, глядя ей за спину. — Я засек! Я!
Уже совсем стемнело. Огни домов, машин и желтых уличных фонарей обозначились ярче. Темнота по углам и закоулкам загустела. В этой тьме, поодаль от людской толчеи, красной точкой пыхнул огонек сигаpeты. В яркий снежный круг под фонарем вышла стройная простоволосая девушка в высоких сапогах и меховой курточке, с элегантной дамской сумочкой на длинном ремешке через плечо.
— Какая лялечка! — застонал Ролик. — Я иду в американскую разведку! Согласен даже младшим шпионом!
Пушок посмотрела на него презрительно — из патриотических чувств, конечно.
Не подозревая о присутствии “наружки”, шпионы, не таясь, встретились под фонарем.
— У них здесь условленное место! — восторженно зашептал Ролик. — Ее надо заснять! Старый, Старый! у нас контакт! Это резидент, я чувствую! Надо документировать!
Через полминуты к ним подбежала запыхавшаяся Кира, держа наготове камеру ночной съемки в чехле, — но Изя уже галантно подсадил девушку в свою “девятку”. Ролик стонал и колотил себя по ляжкам.
