О чём книга «Точка заката»
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.

Автор
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.
Раздел Chitat.online для книги «Точка заката» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эдуард Катлас Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Лучше мы их побережем, чем патроны.
— Тоже верно, — легко согласился Оператор. — Но стрелять только при явной угрозе. Не устраивайте там…
— Есть не устраивать там!.. — бодро ответил кто-то. Оружие потяжелее присутствовало в среднем у одного бойца в отделении. У нас — ручной пулемет таскал только Тюжок. Он сейчас устроил его на сошке, воспользовавшись тумбой с растениями посредине прохода в качестве опоры.
Впереди, у эскалаторов, началась свалка. В этой точке местная оксфорд-стрит чуть сужалась из-за самих эскалаторов, лифтов по бокам. Рукотворная ловушка. Видно было, что среди толпящихся есть укушенные. Прямо в толпе кто-то кого-то кусал, но сделать я ничего не мог. Начинать стрелять — расстреляешь больше здоровых, чем зараженных. Броситься растаскивать их вручную — самоубийство.
Мы просто ждали, кто из них прорвется внутрь. Сортировать их на живых и мертвых придется начать чуть позже.
— Результаты такие, — неожиданно в эфире проявился голос моего напарника. — В аптеке шаром покати, у нас тоже. Да и в «Генной логике» аналогично. Все, что мне удалось собрать, это семь шприцов с вакциной. Надеюсь, что она действительно действует. Против обычного бешенства подействовало бы. Хотя бы как первый укол. Еще я забодяжил один убойный коктейль, который точно выбьет любого в кому, на раз. Вот только не уверен, что потом счастливчику удастся из нее выйти, потому что там просто гремучая смесь. Это все. А, нет, вы бы, парни, там за нашим охранником из магазина присмотрели. В бой рвется. Чуть ли не колья уже обтесывает. Жаль парня, сопляк совсем.
— Приглядим, — откликнулся кто-то.
— Вакцина у меня и у Богослова, — тут же сказал Оператор. — Если кого, тьфу-тьфу, укусят, кричите сразу, не ждите, не сомневайтесь, не думайте. Иначе поздно метаться будет. На гражданских не тратить, пока не наступит ясность. Держим периметр. Укол делать прямо в область укуса.
Да уж, на гражданских семи порций точно не хватило бы. Для того чтобы это понять, не требовалось долгих расчетов — достаточно было взглянуть на то, что творится у эскалаторов. Несколько зараженных как раз вошли в стадию максимальной агрессии и кусали всех подряд, создавая еще больше паники. Сзади явно напирали еще люди, поэтому бежать, похоже, большинству было просто некуда. Бешеные вряд ли действовали осознанно, они просто реагировали на резкие движения, крики, шум. Реагировали одним единственным образом — кидались, как хищник на жертву, и кусали. Рвали куски плоти, при этом даже не пытаясь пить кровь или есть плоть. Они кусали, рычали, тут же забывали о своей жертве и кидались на новую.
В бутылочном горлышке образовалось месиво, из которого, похоже, уже никто не смог бы выбраться.