Автор
Город погребен в руинах, страна исчезла из карт, мир выжат до дна. Люди лишились последних шансов жить, власть и порядок овеяны мраком. Нет покоя, нет семьи, нет надежды — все отрезано невидимой чертой. Жизнь стала точкой без перспективы продолжения. В этих строках скрыта не просто история, а дрожь приближающегося землетрясения в мире....
— Подключу тебя тоже, а то я начал слегка сомневаться в своих силах. Мы тут уже всю мебель сожгли, но все равно колотун. Ты-то там как?
— Как всегда. Загораю… — Я усмехнулся и по такому случаю решил даже подняться. Все равно пора было хоть чуть-чуть разогнать кровь.
Я не светился в окне, встал в тени, в глубине. Потянулся, покачался из стороны в сторону и начал крутить корпусом. Где-то болело, где-то кололо, но в принципе я действительно ощущал себя сносно. Свежий воздух.
— Здравствуйте, Семен, здравствуйте, Юрий, Олег.
Лучше бы она не шла вообще. Петр Семенович выглядел ужасно.
— Приболел, извините, — сразу сказал он. — Новая волна гриппа. И угроза «зимородка». Прорвались через все карантины, через все кордоны. Представляете, нашлись ведь ублюдки… Где есть спрос, там есть и предложение. Накрыли целую сеть контрабандистов, которые переводили людей через границы сектора. За большие деньги, разумеется. Заодно и провели внешне здоровых носителей.
— Сочувствуем, — сказал Призрак.
Из уст потерявшего руку бойца, лежащего в плохо отапливаемой больнице внутри мертвого города, это сочувствие звучало странно. Чуть ли не как издевка. Хотя я думаю, что Призрак говорил искренне.
— Ладно, чего уж там, — махнул рукой Петр Семенович. — Либо прорвусь, либо нет. Высокая смертность в этот раз, очень. Давайте по делу. Завтра мы вас заберем.
— Карантин снят? — удивился Тоско. — Думал, его продлят.
Петр Семенович замялся.
— Ну… как снят. Военные покинули периметр еще три дня назад, сразу после начала эпидемии гриппа в секторе. Просто разбежались. Теперь в секторе официально отсутствует любая власть. Даже диктатуры нет. Лишь мы кое-как еще продолжаем работать.
Петр Семенович усмехнулся, тут же закашлялся и долго сморкался, прежде чем продолжить:
— Еще три у «Генной логики». Продолжают держать марку, чего бы это им ни стоило. Вся наша охрана переброшена к складам и производству. Мы даже начали кое-где раздавать бланки бесплатно или за еду. Вот так вот.
— То есть периметр никто не охраняет? А если какой-нибудь бешеный все-таки остался жив?
— Охраняют, — покачал головой Петр Семенович. — Другие.
