О чём книга «Точка заката»
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.

Автор
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.
Раздел Chitat.online для книги «Точка заката» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эдуард Катлас Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Постапокалиптический роман о падении цивилизации, вызванном не глобальной катастрофой, а накоплением мелких ошибок, невнимания и человеческого неверия в опасность. История о том, как пустяки становятся роковыми для мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как только входные двери открылись, мы сразу заскочили внутрь. Еще одно простое правило — нельзя позволить противнику подловить тебя в узком месте, так чтобы он имел возможность простреливать бутылочное горлышко. Поэтому три группы сразу разошлись в стороны, как только появилась такая возможность.
Я попал в центральную группу, замыкающим во вторую пару. Первым у меня шел тот самый, что лучше всех остальных сумел отреагировать на ситуацию и фактически создать из кучи еще даже не знающих друг друга людей некое подобие взвода, боевой единицы. Уже немало. В нем вообще чувствовались задатки лидера. Думаю, как раз из таких и получаются хорошие сержанты.
Раз я шел замыкающим, мне казалось, что я нахожусь в наибольшей безопасности из всех четверых. Конечно, очень слабое, но утешение — надеяться, что тебя выбьют последним.
Это ощущение быстро прошло — как только мы прошли мимо пары перекрестков. Куда уходили боковые проходы, никто понятия не имел, нам не дали даже подобия карты. Лишь один раз, вначале, я увидел соседнюю группу, идущую параллельным курсом, но это не делало возможность фланговых атак менее вероятной. А теперь, когда мы проскочили эти перекрестки, то и тыловых.
Мне приходилось постоянно оглядываться, чтобы попросту не прозевать нападения сзади. Учебное оружие хоть и не убивало, но легко простреливало на максимальную дальность коридоров этой площадки. Так что прозевал атаку — и противник не промахнется. Тут попросту не было достаточно пространства, чтобы промахнуться.
Мой ведущий поднял руку. Первая пара остановилась у закрытых дверей, укрывшись от них по обе стороны. Мы находились, по прикидкам, как раз где-то в середине зоны, поэтому если где и было место максимальной вероятности для столкновения, то именно здесь. Противника, надо полагать, запустили на площадку одновременно с нами, а десять недель учебки не делают человека супербойцом, способным двигаться в разы быстрее остальных.
По моему мнению, такое невозможно.
Один из первой пары сделал знак, показывая, что слышит впереди движение. Мой напарник кивнул и поднял дуло прижатого к плечу оружия. Мы стояли чуть дальше первой двойки, метрах в десяти, так что дверь простреливалась отлично.
В авангарде один из парней отступил назад и присел, чтобы иметь возможность стрелять, как только дверь распахнется. Второй приготовился ее открыть.
Меня смутило лишь то, что против нас выступали не новички. Если бы мы играли против команды с таким же сроком, что и у нас, я бы еще мог поверить, что все будет вот так легко.
Но этого просто не могло быть. Мы не могли услышать их раньше, чем они нас. А если мы их услышали, значит, они этого захотели.