Автор
В романе "Точно как на небах" Джулия Куинн создает тонкую и трепетную атмосферу детства Маркуса Холрояда. Изуродованная судьбой история одного маленького мальчика вставляет нас прямо в сердце одиночества и страдания, хотя и подчеркивает сильнейшую силу любви и дружбы....
В дверях появился дворецкий – один, как перст! – и объявил:
– Лорд Чаттерис приносит свои извинения.
Барышни, а с ними и миссис Ройл, разом сникли.
Сдулись, словно каждую из них проткнули булавкой и выпустили весь воздух.
– Он прислал письмо, – сообщил дворецкий, но, когда миссис Ройл протянула руку, уточнил: – Оно адресовано леди Гонории.
Все взоры тотчас устремились на Гонорию, и ей пришлось изрядно постараться, чтобы ничем не выдать своего облегчения.
– Спасибо, – поблагодарила она, забирая у дворецкого сложенный лист бумаги.
– Что там написано? – У Сары не хватило терпения дождаться, когда Гонория хотя бы сломает печать.
– Одну минуту, – пробормотала Гонория, отойдя к окну, с тем чтобы иметь возможность прочитать письмо Маркуса в относительно приватной обстановке. – Ничего особенного, – сообщила она, ознакомившись с тремя короткими предложениями. – Непредвиденные обстоятельства требуют его присутствия в поместье, и он не может сегодня приехать с визитом.
– И все? – подозрительно поинтересовалась миссис Ройл.
– Он не из тех, кто вдается в пространные объяснения, – сказала Гонория.
– Сильные мужчины не объясняют свои поступки, – торжественно провозгласила Сесили.
Некоторое время все молча обдумывали эту сентенцию, а потом Гонория нарочито веселым голосом поведала:
– Он желает нам всего наилучшего."
"– Но не желает удостоить нас своим присутствием, – проворчала миссис Ройл.
Вопрос о загородном приеме явно повис в воздухе, и юные леди быстро переглянулись между собой, решая, кто именно задаст его вслух.
– Как мы поступим с поездкой в Брикстен? – спросила Сесили, но миссис Ройл пребывала в глубокой задумчивости. Глаза ее были прищурены, губы – плотно сжаты. Сесили выразительно кашлянула и чуть повысила голос: – Мама?
– Идея по-прежнему хороша, и мы не оставим ее, – неожиданно громко и напористо произнесла миссис Ройл, слегка оглушив Гонорию.
– Значит, мы приглашаем студентов? – обрадовалась Сесили.
– Я думала о Грегори Бриджертоне, – с готовностью вставила Сара, – и о Невилле Бербруке.
– Прекрасный выбор. Оба принадлежат к достойным семействам. – Миссис Ройл промаршировала обратно к бюро, достала несколько листов кремовой веленевой бумаги [3] и быстро пересчитала их. – Я сию же минуту напишу приглашения. Все, кроме одного. – Она взяла верхний лист из стопки и протянула его Гонории.
