Автор
В романе "Точно как на небах" Джулия Куинн создает тонкую и трепетную атмосферу детства Маркуса Холрояда. Изуродованная судьбой история одного маленького мальчика вставляет нас прямо в сердце одиночества и страдания, хотя и подчеркивает сильнейшую силу любви и дружбы....
– Я собиралась подать пироги с мясом, – сообщила миссис Ройл. – Их очень удобно сервировать на открытом воздухе. Однако думаю, одного мясного блюда недостаточно. Как вы полагаете, джентльменам понравится холодный ростбиф?
– Конечно, – кивнула Гонория, следуя за хозяйкой дома в сторону кухни и не понимая, с чего вдруг джентльменам должна не понравиться запеченная говядина.
– С горчицей?
Гонория открыла рот, чтобы ответить, но миссис Ройл без паузы продолжила:
– Мы подадим три перемены блюд. И фрукты.
Гонория немного подождала, а потом, когда стало очевидно, что на сей раз миссис Ройл действительно желает услышать ее комментарий, произнесла:
– Не сомневаюсь, это будет чудесно.
Не бог весть какая реплика, но тема беседы не особенно позволяла блеснуть красноречием.
– О! – Миссис Ройл внезапно остановилась и так круто повернулась, что Гонория едва не врезалась в нее. – Я забыла рассказать Сесили!
– О чем?
Однако миссис Ройл уже устремилась обратно в холл, громко призывая горничную.
И только потом, возвратившись к Гонории, сообщила:
– Крайне важно, чтобы сегодня днем она была в голубом. Говорят, двое из наших гостей предпочитают именно этот цвет.
Говорят? Но Гонория почему-то не слышала ничего подобного.
– К тому же он идет к ее глазам, – добавила миссис Ройл.
– У Сесили чудесные глаза, – согласилась Гонория.
Миссис Ройл посмотрела на нее как-то странно:
– Полагаю, и вам не помешало бы чаще одеваться в голубое. Тогда ваши глаза будут выглядеть не так экзотично.
– Я вполне довольна своими глазами, – улыбнулась Гонория.
Миссис Ройл неодобрительно поджала губы:
– Очень редкий оттенок.
– Это семейная особенность. У моего брата тоже такие глаза.
– Ах да, у вашего брата… – Миссис Ройл вздохнула: – Печальная история.
Гонория кивнула. Три года назад замечание подобного рода показалось бы ей оскорбительным, но теперь она стала менее впечатлительной и более прагматичной. В конце концов, это правда – история действительно печальная.
– Мы не теряем надежды на то, что в один прекрасный день он сможет вернуться.
Миссис Ройл фыркнула:
– Не раньше, чем Рамсгейт отдаст концы. Я помню его еще желторотым юнцом, он всегда был упрям, как осел.
Гонория слегка опешила от такой грубоватой прямолинейности.
– Да, – снова вздохнула миссис Ройл. – К сожалению, не в моей власти что-либо изменить… Перейдем к десерту. Кухарка готовит порционные бисквиты с винной пропиткой, клубникой и взбитыми сливками.
