— Всего двенадцать человек членов Политбюро, и семь кандидатов, — добавил от себя Комлев. — Это серьёзный уровень.
— Понял, надо, думаю, поздравить, у меня телефон его помощника есть, — сказал я. — Наверное, из общежития наберу. Конечно, уже поздно будет. Сейчас там шесть вечера.
— Можешь отсюда из гостиницы позвонить, — подумав, сказал первый.
Идём на второй этаж, там приемная директора гостиницы, его, конечно, нет сейчас, время не рабочее, но ключ мы взяли без проблем на стойке.
Дозваниваюсь до помощника, Петра Константиновича, тот ещё на работе, да и вообще, может телефон дежурный. Что прикольно — номер помню по памяти.
— Толь, я помню тебя, но Борис Николаевич в дороге, едет домой со съезда. Ты скажи свой номер, он тебе перезвонит, если сможет, или я наберу, — говорит знакомый мне дядя.
— Это по «Алтаю», у него в машине «Алтай», скорее всего, — пояснил я.
И Овечкин, и Комлев смотрят на меня с уважением — они что, думали, я про Ельцина приврал? Звонок раздался через пару минут, и я, как, впрочем, и мои спутники, услышали голос Ельцина. Трубка громкая в приемной.
— Да решение в феврале принято было, сейчас утвердили просто. Но всё равно спасибо, еду вот домой после заседания, жаль не смог на твой финал прийти, но ничего, раз ты занялся МЖК, то тебе по многим вопросам со мной полезно будет пообщаться. Звони. Я распоряжусь тебе ещё один мой номер дать. А ты что так поздно, у вас там ночь почти? — сразу после поздравлений задвинул монолог новый член политбюро, не давая мне и слово вставить.
Мои спутники, пока мы общались, узнали между прочим и про мои геройства на волейболе, и про модную речевку, так БН назвал песню «Уралочка» (прям, сказал он, юность вспомнил), и про моих обидчиков в форме, которых непременно накажут. И если мой друг (надо же — мой друг!) Власов не поможет в этом, то опять позвонить его помощнику. Потом говорил и про первого секретаря ВЛКСМ СССР Мишина, которому он тоже спасибо за наше знакомство скажет. Мне кажется, Ельцин был выпивший.
— У нашего первого секретаря горкома ВЛКСМ юбилей, сорок лет, вот отмечаем всем горкомом, — пояснил я.
— Ну-у-у, поздравь его от меня, — сказал Ельцин.
— Он рядом стоит, могу трубку дать, — зачем-то предложил я.
И разговор затянулся ещё минут на пять, за время которого Ельцин успел поздравить нашего первого, порадоваться за то, что такие помощники, как я, у Овечкина есть, пообещать сказать Федирко, которого он завтра найдёт на съезде, о нас «маладцах».
