В Челябинске Вася, привыкшая жить в постоянном калейдоскопе обмана и подозрений, снова натворила бед. Её мать с нетерпением ждала новости о ее работе, а Вася ловко изводила родителей, показывая их беспомощность перед бытом взрослой жизни и соблазнами города.
Блондинистая девица с короткой стрижкой подтипа “карэ” нависла над нашим столом, сверкая карими глазами. И что-то мне подсказывало, что разговор этот ни к чему хорошему не приведет.
— Ларилиэль, успокойся. Я им помог и попросил составить компанию. Ты же не хотела идти со мной на ужин. — девица сверкнула на блондина грозным взглядом.
— А с каких это пор ты, дорогой, печешься о первокурсницах?
Блондин скривился.
— Мне не хотелось портить аппетит перед едой, вот и все. А Лиса была готова кого-то растерзать.
Блондинка… Боже, я свихнусь.
— Боемаг материи? Интерес-с-сно.
— Нет, она боенергик, как и ты.
— А может кто-нибудь объяснит мне, что такого? — вклинилась я наконец в разговор.
Ответом удостоила змея.
— Боемаг материи всегда мужчина, большая редкость, когда способности этого типа проявляются у женщин. — хм… так вот почему Мальдирез сходу сказал о десяти годах обучения. — А твоя жажда огромная редкость. Хотя иномиряне всегда уроды, тут и удивляться нечему.
— На себя посмотри, гадюка белобрысая — не осталась я в долгу.
— Что, правда глаза колет?
— В твоей правде столько же яда, сколь и в мозгах, нечисть отравленная. — я звонко шмякнула вилкой о тарелку и встала из-за стола, бросив взгляд на блондина.
— Спасибо, что немного поведал мне об особенностях жизни в академии.
Проследила за тем, как встает Малиса и развернувшись мы пошли прочь из столовой под сопровождением насмешливых взглядов и не менее насмешливых комментариев.
— Ларилиэль снова отшила вешалок от короля.
— Не стоило ждать иного от этой мегеры.
Малиса презрительно фыркнула, ухватила меня за руку и ускорила шаг.
В комнате была абсолютная тишина, за окном темно, свет погашен, а мы с Малисой лежали в кроватях. Не знаю сколько было времени, но спать не хотелось абсолютно. Малиса молчала, не желая разговаривать со мной. На все вопросы отвечала односложно, в конце концов я сдалась и отвернулась к стене. В голове было пусто, будто кто-то высосал все мысли пылесосом, и я просто выводила пальцем круги на мокрых после душа волосах, когда раздался осторожный стук в дверь.
На пороге стоял Эйшетаро с еще одним белобрысым парнем. У последнего на лице была отличительная черта в виде родимого пятна на щеке.
— Привет. — поздоровался “актер”, скользя взглядом по одеялу.
