— … (гомон голосов)
— Вы будущие представители высшей власти и должны знать всё, что связано с историей вашего мира. Не нужно поднимать шума. Если я говорю на запрещенные темы, слушайте и внимайте.
— Но учитель! Все знают, что нельзя говорить о детях правящих семей!
— А если Вы их встретите? Если узнаете? О двух наследниках нам известно, ещё двое пропали. Вы обязаны знать о наследниках всё. Фамилии, отличительные приметы внешности. Все мы знаем, что они урожденные Ванпайры, но не всем известно, что двое из них были девочками.
— Я знал это с самого начала. Ритуал был проведен при мне…
— Отлично Сайто. Назовешь фамилии родов?"
"— Варнингейл, Эарданионе, Маршаллиз, четвертую называть не могу в силу многих причин.
— А почему Варнингейла никто не стал скрывать?
— Давайте не будем уходить от темы, хорошо? Итак, только жертва наследника четвертого королевства способна открыть внешние порталы. Задача каждого жителя Этраполиса уберечь этого наследника. Потому королева перед смертью запретила даже вспоминать нам о существовании ее ребенка. Все права, как единоправящей, она передала нашему повелителю Евангелиону, но он предпочел посвятить жизнь наследнице. По его же повелению Этраполис отстроили заново, но уже из пяти государств. Все ныне правящие семьи фарс, не более. Это преданные королеве стражи, которые обещали сделать всё возможное для сохранения Этраполиса.
Как нам известно с той поры мало что изменилось. Валлауры по-прежнему за границей наших государств, живут как полевые дикари, но тем не менее еще способны вести войну.
— Что будет, если все четыре наследника найдутся?
— На это королева оставила нам четкие указания.
***
Я в каком-то мандраже теребила край юбки, разглядывая лица присутствующих в кабинете ректора. Мне было непонятно что происходит, и оттого страшно.
Сразу после того поединка, учитель утащил меня к ректору, даже не сказав ни слова, не позволил узнать, как вообще прошел этот бой. Единственное, что я успела заметить, так это металлическую перчатку с когтями на руке ЧП, которая переливалась всеми цветами радуги. Ну и, собственно, потрясенные до глубины души лица присутствующих.
— Нир, объясните, как Вы это сделали. — раздался голос ректора, после того, как учитель рассказал ему об увиденном.
— Я пела — робко предложила я вариант произошедшего.
— Вы пели… — эхом повторил ректор с налетом задумчивости в голосе.
Откровенно говоря, меня смущало то, что по этому поводу собрали целую комиссию. О произошедшем итак все знали, но всё равно как-то… Стрёмно, что ли.
— Бедокур — прозвучала моя кличка — А тебе не кажется, что вокруг тебя слишком много событий происходит? — спросил О’Шен.
Спросите тоже. Конечно, кажется.