Встреча с однажды запыхавшимся дизайнером в середине осеннего вечера не обошлась без провала. Замшевые сапоги стали настоящей мишенью для луж, а сотовый телефон внезапно решил поменять путь и утонуть в непонятных глубинах ночной воды. Только вот желание привести все обратно в штатное состояние оказалось слишком царевной размером....
Вам лучше остаться здесь и заняться поиском Догерти.
– Резонно, – был вынужден признать Вальдис, и мы с Даном с ним согласились. – Удачи в поисках, ваши величества, – склонился он перед императорами. – Мы будем ждать!
Глава 68. Белый и пушистый
Кристина
*
Утреннее пробуждение было традиционно экстремальным.
Нет, сначала всё было очень даже мило и замечательно. Вынырнуть из сна помогли бархатные мужские губы, покрывающие неторопливыми ласковыми поцелуями моё лицо.
– Кей… – улыбнулась я, разлепив сонные глаза, и сама потянулась к нему с невинным поцелуем в щёчку.
А этот коварный кошак вместо щеки подставил губы. Мягкие, податливые, тёплые – когда я с ними соприкоснулась, то замерла от неожиданности и осознания того, насколько мне это приятно. А Кей – тот вообще даже дышать перестал.
Но ненадолго.
Стены замка внезапно сотряслись от громкого драконьего рёва, настолько мощного, что мы с Кеем едва не свалились с кровати.
И дракон не просто орал. Он был напуган!
– Рон! – выдохнули мы с Кеем в унисон и с округлившимися глазами рванули в спальню Даэрона.
Дракон сидел на попе перед огромным зеркалом во всю стену и, судя по его виду, пребывал в глубоком шоке. И было отчего. Когда я его увидела – мне самой поплохело.
Это был Даэрон, однозначно. Но он изменился! Стал ещё крупнее и массивнее.
Мало того – всё его тело неровными кустиками покрывал белый мех. Словно он был огромным зайчиком-мутантом, над которым поиздевался маньяк-цирюльник.
"Морда тоже изменила свою форму – стала меньше походить на крокодилью и теперь казалась даже милой и совсем не страшной. А эту отвисшую челюсть и осоловелый, полный трагизма взгляд я запомню надолго.
Но самое главное – его крылья! Раньше они были кожистыми, словно у большущей летучей мыши, а теперь на них рваными пучками пробивались белые перья!
Я тихо охнула и в шоке прикрыла рот рукой, Кей тоже потрясённо замер.
Рон, заметив наше присутствие, побагровел от стыда и с третьей попытки превратился в мужчину.
Даэрон что-то хрипло пробормотал, глядя на своё отражение, на что Кей невольно вздрогнул: «Правда?» – и развернулся ко мне:
– Он сказал, что лишился самого дорогого и стал похож на курицу… – сглотнул он, переводя эти наполненные вселенской болью слова.
– Как это? – я остолбенела от шока, уставившись на мужской пах.
