Встреча с однажды запыхавшимся дизайнером в середине осеннего вечера не обошлась без провала. Замшевые сапоги стали настоящей мишенью для луж, а сотовый телефон внезапно решил поменять путь и утонуть в непонятных глубинах ночной воды. Только вот желание привести все обратно в штатное состояние оказалось слишком царевной размером....
Вдобавок его организм пытается справиться с побочными действиями возбуждающего зелья, которым его опоил Догерти, – парень настолько пристально и выразительно посмотрел на Риана, что сомневаться не приходилось: он прекрасно знает, кто на самом деле замутил всю эту некрасивую историю с пойлом и для кого оно предназначалось.
– То есть мутация огненного дракона в чудо в перьях – это побочное действие стимулятора? – опешил Риан.
А у меня в голове насчёт этого возникла другая мысль, и крайне неприятная.
Наверное, Риан подумал о том же, поскольку сильно помрачнел. Я понял, что шансы Даэрона дожить до вечера крайне малы.
– Всё может быть, – развёл руками Кейлос, отвечая на вопрос, и притих, а у меня возникло впечатление, что он прочитал наши с Рианом мысли.
– Уверен, что военный трибунал внимательно изучит все обстоятельства этого дела и примет справедливое решение, – вскинул голову Тинтуриан, а я усмехнулся. Ага, как же, справедливое. Скорее, нужное императору. – Даэрон Танриэн, вы обвиняетесь в оскорблении императора, несоблюдении этикета, похищении вейсанты и дезертирстве из воинской части перед решающей битвой с армией големов, – Риан не просто произносил эти слова, а припечатывал ими дракона и его побледневшего рыжего друга.
На руках и ногах Даэрона тут же возникли массивные железные оковы, а его заступник рухнул перед Рианом на колени.
– Смилуйтесь, ваше величество! – рыжий парень умоляюще сложил ладони перед собой.
– Да кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать? – рявкнул на него Тинтуриан, которому совершенно не понравились эти прозрачные намёки.
