Встреча с однажды запыхавшимся дизайнером в середине осеннего вечера не обошлась без провала. Замшевые сапоги стали настоящей мишенью для луж, а сотовый телефон внезапно решил поменять путь и утонуть в непонятных глубинах ночной воды. Только вот желание привести все обратно в штатное состояние оказалось слишком царевной размером....
– Кто в трезвом уме такую обувь летом надевает? Да ещё и на десять размеров больше!
– И то верно, – был вынужден согласиться вояка.
– А красивый тут замок, не правда ли? – этот артист с упоением продолжал заговаривать гвардейцам зубы.
– Да, ничего такой, – сдержанно кивнул старшина.
– А вы слышали легенду про него? – интригующим тоном поинтересовался Кей.
Командир отряда помотал головой, а остальные эльфы замерли и навострили ушки.
– Говорят, тут раньше жила семья: женщина и ещё пятеро мужей.
Надо отдать ему должное: у него настоящий талант пудрить другим мозги. И я рад, что сейчас этот его дар оказался столь полезен для моего лучшего друга.
Наверное, минут пять Кей в красках, лицах и деталях расписывал, как садисты-мужья пытались убить молодого конкурента, но он не попался в их ловушки.
Словно в подтверждение его слов, откуда-то с нижнего этажа донёсся вой, полный боли и отчаяния.
– Эт-т-то рёв мёртвого дракона, да? – заикаясь, уточнил самый молодой из гвардейцев.
– Можно и так сказать, – невозмутимо кивнул Кей. – Мозг Даэрона давно находится между жизнью и смертью: включается при виде еды и выключается напрочь при виде самки. А сейчас он, наверное, в очередной раз хвост себе прищемил. Бывает, – небрежно повёл он пушистым плечом.
Пока это существо отвлекало гвардейцев, я изо всех сил пытался унять накатившую тревогу за Кристину. Брачная метка на шее потеплела, и я отчётливо уловил зашкаливающие эмоции моей малышки: смущение, стыд, обречённость, дикое напряжение и ожидание боли.
Моя душа разрывалась в клочья, и лишь мысли о том, что с ней сейчас Тай и он её не обидит, а наоборот – приласкает и успокоит, удерживали меня от того, чтобы ворваться в обеденный зал, схватить жену в охапку и утащить её в безопасное место, в свою комнату.
К счастью, весь этот ментальный ад продолжался недолго: его словно смыло ласковой горячей волной, и я смог выдохнуть с облегчением.
