– У нас нет оснований полагать, что с ней что-то случилось. Записка написана ее рукой. Ее лошади в конюшне нет, а кто-то из стражи видел, как она в спешке покидала замок. Лучше вспомни, не ссорились ли вы?
– Не было ничего такого, – отмахнулся несчастный мужчина. – Мы должны были танцевать на балу, она даже шутила по этому поводу, но за час до торжества мне сообщили о ее отъезде. Здесь явно что-то не так…
– Может, ей пришло сообщение от кого-то из родственников? Или ректор допёк. Ты же знаешь, он на это способен.
– Сегодня же поговорю с ним и выясню, – твердо решил мистер Суфье. – А еще узнаю, не приходила ли ей почта. Может и вправду получила сообщение от своей тетушки. Но целая неделя, Клив… Она же могла отправить мне весточку. Знает, что буду волноваться и брошусь на поиски.
– Женщины, – пожал плечами Клив, будто одним этим словом было все сказано.
Урок подошел к концу, и студенты побрели в замок. Мужчины, закончив разговор, присоединились к ним. А мы с подругой, обменявшись недоумевающими взглядами, остались стоять на месте.
– Ты думаешь о том же, о чем и я? – зеленые глаза Алеены зажглись решимостью.
– Что с этими исчезновениями что-то не ладно? – подруга кивнула. – Да, я думаю о том же самом. Помнишь я рассказывала вам с Ольном, как видела мисс Сальси и мистера Суфье в главном саду? Они целовались и выглядели такими счастливыми…
Возникшую тишину не прерывал даже Морис, который, уютно устроившись в объятиях Алеены, лениво разглядывал «выдающуюся» филейную часть каменного ректора.
– Нет, – покачала я головой. – Не могу оставить все как есть. Ты со мной?
– Могла и не спрашивать, – заверила подруга. – Ольн скоро освободиться с дополнительных занятий по зельеварению. Скажу ему о вечернем сборе в библиотеке.
Обед и оставшиеся уроки – история магии и управление стихиями – прошли спокойно, без каких-либо чрезвычайных ситуаций. Остальное время, мы с друзьями посвятили подготовке к завтрашнему дню: Ольн смешивал зелье от насморка, Алеена зубрила семейное древо королей Веррина и Виверна, иногда консультируясь со мной, а я пыталась настроить общение с Морисом.
Поросенок ко всем моим попыткам хоть как-то его расшевелить и заставить «дружить» относился скептически. А вот кусочки шоколада, которыми я с ним делилась, чтобы настроить на мирный лад, лопал даже не задумываясь.
Под конец, я так устала, что настроение упало ниже нулевого уровня. Мне начало казаться, что наши отношения никогда не сдвинутся с точки «хозяин-питомец».
