Автор
Настоящая меня не знает никто. Я покинула прежнюю жизнь, стерев ее из памяти и лица. В этом мире я – только с ним. Его взгляд говорит мне все, что мне нужно знать. Он раскрывает мою новую судьбу, где каждый шаг ведет к нему. Сексуальность переходит в силу, а уверенность – в безграничное доверие. Постепенно я упускаю предыдущее и твердо стою на новых ногах....
Совсем крышу сносит. Напрочь. Хочется с ней жизнь провести, хотя мы вот нихрена друг друга не знаем. За эти пару дней я только узнал, что у нас схожие интересы в фильмах, абсолютно не совпадающие в музыке. Она ничего не понимает в моей работе, я могу только любоваться ее картинами и думать, как у нее это выходит.
О планах на “замуж” я успешно умалчиваю. Спугнуть ее боюсь. Мы в общей сложности знакомы с ней пару недель. Рано связывать наши жизни штампом в паспорте.
– Учти, Багров, когда я соглашалась к тебе переехать, я не давала согласие на воспитание твоих возможных детей от других баб! – говорит серьезно и смотрит недовольно.
– Нет никаких детей. И баб тоже нет, – говорю серьезно. – Никто кроме тебя мне не нужен.
Она улыбается, обнимает меня за шею, целует. Ластится ко мне, а затем снова вспоминает о том, что у нее там картина и ее нужно отправить заказчику.
***
Спустя месяц. Глеб
– У Дины скоро день рождения. Мы с тобой приглашены, – сообщает Аля, бросая рюкзак на кровать.
Она плюхается рядом со мной и вытягивает ноги.
– Целый день на каблуках, блин. Думала, не дойду домой, – она поворачивается ко мне. – Ты слышишь?
– Слушаю, – отвечаю, а сам ее жадно рассматриваю.
Куда я смотрел раньше, ума не приложу. Она ведь такая… крышу от нее сносит. Вроде бы одета вполне прилично, в блузку со сдержанным вырезом и в юбку до колена, а я ее хочу. Опрокинуть на спину и оттрахать прямо так… в одежде.
– Что? – она смеется. – Смотришь странно.
– Соскучился.
– И я, – Аля тянется ко мне, целует в губы бегло.
Я ее тут же за спину обхватываю и увильнуть не позволяю. Хочу.
– Эй… мне в душ надо, – толкает меня в грудь и отпихивает.
– Пойдем вместе в душ?
– Перебьешься, Багров! – возмущенно. – Я ног не чувствую. Ты меня, кстати, кормить будешь?
– Я вот предлагаю, – улыбаюсь."
"– Ну тебя… едой, а не тем, чем ты подумал, извращенец.
Она встает, стаскивает с себя одежду и, прежде чем закрыть за собой дверь в ванную, ставит перед фактом:
– Послезавтра в восемь мы собираемся в “Облаке”.
Она захлопывает дверь ванной, а я вспоминаю, что послезавтра у нас семейный ужин. Отец нагрянул ко мне на днях, сказал, чтобы пришел. Он, оказывается, всех сыновей собирает. Я вначале сказал, что не приду и на хуй мне эта встреча не сдалась. Отец ушел ни с чем, а вечером Кирилл позвонил и “попросил” прибыть. Брату, который вытащил меня из тюрьмы и закрыл дело я отказать не смог.
