Автор
Настоящая меня не знает никто. Я покинула прежнюю жизнь, стерев ее из памяти и лица. В этом мире я – только с ним. Его взгляд говорит мне все, что мне нужно знать. Он раскрывает мою новую судьбу, где каждый шаг ведет к нему. Сексуальность переходит в силу, а уверенность – в безграничное доверие. Постепенно я упускаю предыдущее и твердо стою на новых ногах....
– Знакомая… сейчас времени объяснять нет, я потом все расскажу, ок? Только нужно поторопиться, мы уже опаздываем.
Следующие несколько минут я собираюсь с рекордной для себя скоростью. На то, чтобы захватить с собой чемоданчик, выбежать из квартиры и спуститься на парковку в общей сложности уходит минут десять. Дальше мы едем в неизвестность. Глеб молчит, хотя мог бы поставить меня в известность, к какой бабе мы, собственно, едем.
Когда доезжаем я нахожусь в состоянии абсолютного непонимания происходящего. Уже у двери Глеб поворачивается ко мне и говорит:
– Подыграй мне.
Разумеется, больше ничего он не поясняет. Нажимает на звонок. Я понятия не имею, куда конкретно мы приехали. Дверь нам открывает девушка. Молоденькая и растерянная. Глеба она явно знает, но явно удивлена его видеть.
– Глеб?
– Ага, я…
Глеб уверенно шагает в квартиру, я следую за ним, пристально рассматривая девушку. Красивая, но скромная, что ли. Чем-то она мне напоминает меня до первой ночи с Глебом. Когда она переводит взгляд на меня, я быстро отворачиваюсь и делаю вид, что мне безумно интересен интерьер квартиры.
– Что ты здесь делаешь? Саша уехал праздновать…
– Да в курсе я. Сидит, грустит, ждет тебя.
Я украдкой решаюсь подсматривать на девушку, а потому стою молча.
– Что стоим? – Глеб выводит меня из ступора. – Кухня направо, иди раскладывай все.
Я оказываюсь настолько не готовой к этим словам, что быстро киваю, снимаю обувь и иду на кухню. Уже там пытаюсь понять, что это только что было. Что за приказной тон? И кто эта, черт возьми, баба?
Чтобы хоть чем-то себя занять, решаю разложить на столе все инструменты, которые принесла с собой.
"Подтолкнув ее к стулу, Глеб бросает на меня быстрый взгляд и ретируется, оставляя нас одних. Осознав, что никаких объяснений я все же не получу, решаю приступить к делу. Внутри вдруг вспыхивает желание изуродовать девушку. Сделать ей отстойный макияж и сжечь волосы плойкой, но я так, конечно же, не поступлю.
– Сначала я сделаю прическу, потом макияж, – говорю девушке, которая сидит в кресле, словно на иголках. – Постарайся расслабиться.
На то, чтобы накрасить ее и сделать ей укладку у меня уходит минут двадцать. После я остаюсь довольна своим результатом и подношу зеркало к ее лицу. Девушка сидит с закрытыми глазами, и я решаю напомнить ей, что пора бы их открыть.
– Эй… Я зеркало держать устану.
Она наконец распахнула глаза.
