Автор
Настоящая меня не знает никто. Я покинула прежнюю жизнь, стерев ее из памяти и лица. В этом мире я – только с ним. Его взгляд говорит мне все, что мне нужно знать. Он раскрывает мою новую судьбу, где каждый шаг ведет к нему. Сексуальность переходит в силу, а уверенность – в безграничное доверие. Постепенно я упускаю предыдущее и твердо стою на новых ногах....
– Так заметно?
Отнекиваться я не собираюсь. Будь на его месте Боря – ответил бы то же самое.
– Мне – да. Боре и остальным – вряд ли.
Я бросаю последний камушек. Те же семь прыжков. Рекорда из детства в десятку не будет. Поднимаюсь на ноги, Мирон за мной.
– Я никому не скажу, – говорит мне в спину. – Не мое дело.
– Что бы ты сделал на моем месте?
Его мнение почему-то хочется знать. Я редко спрашиваю, еще реже – прислушиваюсь. Два старших брата постоянно пытались давать мне советы, но я даже не слушал, не говоря уже о том, чтобы им следовать.
– Зависит от того, чего ты хочешь.
– Ее.
– В чем проблема? В ее брате?
– И не только. Я не готов к отношениям, а с ней иначе нельзя. Не получится только брать.
– Не хочешь отдавать? Тогда забудь, – Мирон хлопает меня по плечу.
Нас отвлекает топот ног и шумное дыхание. Я вижу приближающуюся фигуру, а когда она оказывается ближе, угадываю в ней Вику.
– Мирон? Глеб?
Она удивленно на нас смотрит, будто ожидала увидеть кого-то другого.
– Куда так спешишь? – спрашиваю, придерживая ее за локоть.
– Аля пропала! Пошла сразу за вами и… ее до сих пор нет! И на голоса не отзывается.
Блть! Отодвигаю Вику в сторону и решительным шагом иду к месту, где мы все сидели. Али там, ожидаемо, нет. Парней вообще нет, разбежались.
– Диана, что случилось? – спрашивает подоспевший за мной Мирон.
– Аля ушла почти сразу после вас. Боря забеспокоился, позвал ее, но она не услышала, потом мы все стали звать – ничего. Я не понимаю, почему она ушла и куда… всё же хорошо было.
– Все искать ее ушли?
– Да.
Блть! Боря едва на ногах держится, да и остальные не лучше.
– Поможешь? – спрашиваю у Мирона.
– Конечно.
Мы разделяемся. Я включаю фонарик и ступаю в густую чащу леса. Сердце в груди колотится дико. Далеко она уйти не могла, диких зверей здесь нет, но заблудиться в ночи – раз плюнуть. Я делаю глубокий вдох и кричу:
– Аля!
Ответа нет. Кровь разгоняется по венам, но это чувство не сравнимо с адреналином после экстремальных занятий.
Глава 21
Аля
Заканчиваю песню с рвущимися наружу слезами. Остальные думают, что это просто эмоции от душещипательных слов, но реальная причина в другом. Он ушел. Просто встал и ушел посреди песни, не заботясь о том, как это выглядит для остальных. После окончания песни уходит и Мирон, но он хотя бы не забывает меня похвалить.
