– А как у него обстоят дела с той девочкой, Лилит? – отстраненно спросила я.
– Отлично, к сожалению. Она по нему сохнет, я уверен.
– Ты обманываешь друга, Кезон, – заметила я.
– Ничего страшного, – отмахнулся музыкант. – В условиях спора детали оговорены не были. Так что он сам себе злой Карабас-Барабас.
– Буратино, – поправила я его. – И не злой, а злобный.
– Точно. Черт, забываю идиомы.
– Фразеологизмы…
– Зануда.
– Дурак.
– Ну вот и поговорили, – усмехнулся Кезон. – Пойдем в какое-нибудь кафе, посидим и выпьем чего-нибудь холодного. И да. Называй меня по имени. Кирилл.
– Хорошо, – согласилась я с удивлением. Кирилл так Кирилл.
Этот вечер мы закончили на теплоходе – катались по Москве-реке, сидя за столиком, слушая громкую поп-музыку и разглядывая вечерний город, украшенный огнями, словно драгоценными камнями. Мы то и дело вступали в перепалки, но в них не было ничего злого или оскорбительного, и в какой-то момент я поняла, что с Кезоном – то есть с Кириллом – мне нравится спорить. А еще нравится его слушать. В этот вечер он впервые начал рассказывать – не о себе, а о том, где бывал и что видел. Какие страны и города остались в его сердце навсегда. И где бы он еще хотел побывать.
Обратно домой мы ехали на такси – уставшие, но довольные.
– Сколько мы здесь пробудем? – спросила я, глядя в окно.
– Сколько нужно, – ответил он. – Не знаю. Просто расслабься и получай удовольствие. Или ты боишься, что я тебя брошу? Лапуля, поверь, пока гитара не станет моей, я от тебя не отлипну.
Он улыбнулся мне, а я только вздохнула.
– Бестолочь ты, Кирилл, – неожиданно нежно сказала я.
– Лапуля и ее бестолочь, – подмигнул он мне, и я рассмеялась.
Глава 25
Я заснула мгновенно, как только голова коснулась подушки, так и не успев написать сообщение в одной из соцсетей своим подругам, в котором хотела объяснить, что со мной и куда я пропала, но даже на это меня не хватило. Кажется, мне снились горячие поцелуи и нежные прикосновения, но в чьих объятиях я находилась, я так и не поняла. А может быть, и не хотела этого понимать.
Проснулась я, как ни странно, тоже от поцелуев. Кто-то целовал меня в шею, едва касаясь горячими губами кожи. И я, все еще думая, что это сон и не открывая глаза, запустила пальцы в волосы этого человека. На меня накатила теплая тягучая волна желания заключить его в объятия и не отпускать, и я прошептала что-то невнятное, но ласковое.
– С добрым утром, любимая, – услышала я в ответ знакомый шепот. – Как спалось?
– Хорошо, – пробормотала я, повернулась и увидела Кирилла. Он лежал позади, опираясь на одну руку, а вторую вытянув и снимая происходящее на видео.
Кезон… Нет.