Автор
Вечером Лера смотрела премьеру оперы в новой Большом театре, а за спинами публики замечала тихо шептавшегося Юрка. Лишь теперь он появился среди зрителей без предупреждения и слов не произнёс. Лера знала, что Юрка - изменщик, но почему-то впервые испытывала дрожь от его необычайной тишины....
Шел медленно, выпил по дороге кофе и, подумав, купил разноцветный букетик каких-то нежных и ярких цветов – ему показалось, они похожи на Яну. Он долго сидел на скамейке в «Катькином садике», разглядывая черную величественную Екатерину и прочих персонажей, восседающих у ее ног. Волновался, конечно.
– О, фрезии! – обрадовалась Яна. – Люблю их, спасибо!
В этот раз она не стала целовать Федю и выглядела какой-то напряженной, хотя и улыбалась.
– Яна, я хотел… – начал Федор, но она перебила:
– Я знаю. Еще в Москве поняла.
Федор молча смотрел на Яну. Потом улыбнулся, хотя это стоило ему неимоверных усилий, и произнес:
– Ну что ты, это совсем не так серьезно. Ты мне понравилась, правда. Но раз ты не свободна, ничего не поделаешь. Спасибо, что сказала.
Он стойко выдержал Янкин испытующий взгляд, хотя внутри все дрожало и рвалось от горя.
– Но мы же останемся друзьями, правда? – осторожно спросила Яна.
– Да мы практически родственники. Всегда мечтал о сестре.
– А я о брате!
– Вот видишь, мы нашли друг друга.
Яна улыбнулась:
– Тогда, может, в кафе посидим?
– Не получится. Мне надо… по делам. Позвонили, пока тебя ждал. Придется съездить кое-куда. Так что – извини, в другой раз.
– Ладно…
Они мялись, не зная, как проститься. Наконец Федор сказал:
– Можно я тебя поцелую? Один раз. И больше никогда.
Яна чуть покраснела:
– Ну, если по-братски…
– Нет.
Взгляд его сделался жестким, и Яна, похолодев, подумала, что он похож на молодого волка, а вовсе не на медведя – отец рассказывал ей про Медвежонка и Зайцу. Она так и не нашлась, что сказать. Федор решительно взял ее за плечи и поцеловал, очень не по-братски. Поцелуй длился целую вечность, потом Федор отстранился и быстро пошел прочь. Яна не сразу опомнилась – она поморгала, беспомощно улыбнулась, открыла было рот, чтобы позвать Федю, но так и не позвала.
Глава 9
Белоснежка
Я ль на свете всех милее,Всех румяней и белее?А. С. Пушкин «Сказка о мертвой царевне и о семи богатырях»"
"Девица, разбившая вдребезги семейное счастье Волковых-Зайцевых, действительно была необыкновенно красива. Подцепил ее Юра в метро.
