Автор
Вечером Лера смотрела премьеру оперы в новой Большом театре, а за спинами публики замечала тихо шептавшегося Юрка. Лишь теперь он появился среди зрителей без предупреждения и слов не произнёс. Лера знала, что Юрка - изменщик, но почему-то впервые испытывала дрожь от его необычайной тишины....
Из моего бокала выпьешь? А то могу красного принести, хочешь? Сейчас сбегаю!
– Не суетись, коньяк подойдет.
Лера залпом выпила, почти не почувствовав вкуса, отставила бокал и повернулась к мужу:
– Ну вот…
У Леры было странное чувство, что она наблюдает за происходящим со стороны: двое возятся на полу, под зажженной ёлкой – мужчина задыхается от страсти, а женщина… Женщина никак не может отключить голову и прислушивается к собственным ощущениям, вспоминая, что чувствовала раньше."
"А потом они зверски захотели есть.
– Неужели всю буженину сожрали? Лер, ты потом еще запеки, ладно? Вкусно получилось.
Он нашел остатки колбасной нарезки и снова уселся, успев на ходу поцеловать Леру.
– Какое счастье, что ты меня простила! – продолжал он, жуя ломтик брауншвейгской. – А то я прямо отчаялся.
– Раз? – переспросила Лера, не понимая, о чем речь.
– Ну, хорошо, два. Но с тех пор я ничего себе не позволял, честно. Так раскаивался!
– Юр, ты о чем сейчас говоришь? – медленно произнесла Лера, начиная догадываться. – Ты что, изменил мне?
– Так ты не знала? – он с ужасом глядел в потрясенное лицо Леры. – Тебе отец не сказал? Он же нас видел тогда!
– Я ничего не знала.
– Черт! Как же я спалился!
И тут Лера захохотала. Просто задыхалась от смеха, и слезы выступили на глазах, и живот уже болел, но никак не могла остановиться.
– Лер, ты чего? У тебя истерика, что ли? Что ты ржешь?
Он вдруг обиделся чуть не до слез, и Лера закрыла глаза, чтобы не видеть выражения его лица, совершенно детского.
