Автор
Ли стала мастерски перекручивать карты, точно охотник за головками, а незнакомец наигранно улыбался и демонстрировал интерес к ее таланту. Неожиданный столкновение шатало мир вокруг — волны неуверенности и страсти вздымались, как прибой за бортом корабля.
Рено рассмешила реакция Евы на воду после долгого путешествия по скалистой пустыне. Когда она увидела струйку воды среди засушливой долины, она стала возбужденно говорить о «реке». Рено начал подтрунивать над ней, однако ничего не возразил, когда она попросила разбить лагерь в том месте, где маленький ручеек разливался и образовывал озерца, поросшие шелестящими тополями.
На закате и ранним утром окружающая их природа могла служить иллюстрацией к фантастической сказке из книги, которую люди разучились читать. Ева порой задавала себе вопрос: уж не оказалась ли она в заколдованной стране, где время остановилось?
— Похоже, что здесь так было вечно, — сказала Ева.
Рено проследил за ее взглядом, обращенным к окну, вырубленному природой в скале.
— Ничто не вечно, — возразил он. — Даже скалы.
Ева взглянула на Рено, затем на каменный парус, взлетающий вверх на фоне бездонного неба.
— Но это кажется вечным, — произнесла она тихо.
— Это только впечатление. Окно становится шире день ото дня. Зернышко за зернышком ветер выдувает из него песчинки, — сказал Рено.
Ева слушала и думала, какие перемены приносит время, хотелось бы того или нет.
— Когда-нибудь небольшое окно превратится в широкую, хорошо продуваемую арку. Потом со временем опоры арки станут тонкими и рухнут, оставив выемку в скале. Затем эту выемку расширят ветер и дождь, и в конце концов останется только большой красный валун и голубое небо.
Дрожь пробежала по телу Евы.
— Трудно представить, что такое может произойти с этой страной.
— Это там, где преобладают песчаники, — объяснил Рено, оглядывая красную стену.
Тон Рено заставил Еву оторвать взгляд от фантастического пейзажа. Она зачарованно наблюдала за тем, как Рено спокойно говорил о процессах, для которых требуется так много лет, что совсем уж близко к вечности.
— Затем песок снова превратится в камень, — рассказывал Рено. — Земля повернется, и вырастут новые горы, которые снова будет разрушать ветер… Новые реки побтут к новым морям…
— Пепел из пепла, пыль из пыли, — прошептала Ева.
— Так развивается мир, моя девочка. Начала и концы переплетаются, как рисунки и надписи на стене каньона: индейские, испанские, наши — следы разных народов, разных времен.
Ева окинула взглядом скалу из красного камня, которая казалась такой массивной и неколебимой. Затем она посмотрела на человека, который считает, что все ненадежно, даже камень.
