Автор
Ли стала мастерски перекручивать карты, точно охотник за головками, а незнакомец наигранно улыбался и демонстрировал интерес к ее таланту. Неожиданный столкновение шатало мир вокруг — волны неуверенности и страсти вздымались, как прибой за бортом корабля.
Однако предметы, которые были меньше горы или холма, сливались в единое цветное пятно.
Легкая дымка, которая ей привиделась, вполне могла быть облаком пыли, которое подняли, промчавшись, дикие лошади.
Или ветер. Правда, над темным пятном висела свинцовая дождевая туча. Дождь и пыль не очень совместимы друг с другом.
Нельзя было исключить и простую усталость глаз, которые постоянно пытались найти то, что могло быть и чего быть не могло.
А возможно, это был Слейтер со своей бандой, преследующий их с дьявольским терпением.
Ева прекратила наблюдения и посмотрела наконец вперед.
Сердце ее наполнилось радостью, когда она увидела подъезжавшего Рено. Он называл ее gata, но его самого отличали кошачье проворство и грация.
Рено еще не заговорил, а Ева уже почувствовала, что он чем-то возбужден. Вряд ли кто-либо другой уловил бы еле заметную перемену в его поведении. Кто-либо другой, но не Ева. За время долгих дней путешествия и страстных ночей она успела хорошо изучить его.
— Ну, что ты нашел?
— Почему ты думаешь, что я что-то нашел? — удивился Рено, осаживая лошадь рядом с ней.
— Не дразни, — сказала Ева нетерпеливо."
"Улыбаясь, Рено залез в багажную сумку и извлек кусок изогнутого дерева, тщательно завернутого в кожу. Развернул. Обрубок потрескался от времени, рассохся и выгорел на солнце чуть ли не добела.
Ева недоумевающе посмотрела на предмет, лежащий на ладони Рено, затем на его возбужденное лицо.
Улыбаясь, он обнял ее, притянул поближе, поцеловал, затем отпустил и пояснил:
— Это кусок стремени. Испанцы не всегда пользовались железными стременами. Оно сделано из железного дерева, которое растет на другом конце света.
Ева осторожно дотронулась до обломка стремени Когда ее пальцы ощутили гладкое, обветренное дерево, она почувствовала, как холодок пробежал у нее по спине.
— Интересно, кто был тот человек, который пользовался этим стременем? — задумчиво произнесла Ева. — Священник или солдат? Звали его Coca или Леон? Писал ли он в журнале сам или только смотрел, как пишет кто-то другой? Была ли у него жена в Испании или в Мексике, или он полностью отдал себя служению богу?
— У меня родились такие же мысли, — признался Рено.
