Автор
Ли стала мастерски перекручивать карты, точно охотник за головками, а незнакомец наигранно улыбался и демонстрировал интерес к ее таланту. Неожиданный столкновение шатало мир вокруг — волны неуверенности и страсти вздымались, как прибой за бортом корабля.
— Становится хорошо на душе, когда видишь их вместе.
Рено неопределенно хмыкнул.
Улыбка Рейфа была предупреждением, которому внял бы любой другой человек, кроме Рено. Рейф с нетерпением ожидал, когда потрясение и физическая боль не будут больше туманить дымкой глаза брата. Рейф хотел быть вполне уверен в том, что Рено слышит и правильно воспринимает каждое его слово.
Сейчас такая минута наконец настала.
— Как твоя голова сегодня? — без обиняков спросил Рейф.
Рено пожал плечами.
— Рад, что ты чувствуешь себя лучше, братишка, — проговорил Рейф.
Взгляд, который Рено метнул на старшего брата, трудно было рассматривать как приглашение к беседе. Однако Рейф этого как будто не заметил и продолжил разговор.
— Да, сэр, — растягивая слова, произнес он. — История разнеслась по округе, словно степной пожар… Искатель приключений с револьвером, испанская карта сокровищ и девушка из салуна «Золотая пыль».
При упоминании о Еве веки Рено дрогнули, однако он ничего не сказал.
Не наблюдай Рейф внимательно за реакцией брата, он бы не заметил этой легкой судороги. Но он ничего не упустил. Улыбка его стала еще шире, хотя вряд ли теплее.
— Я был на испанской седловине, когда услыхал, что тебя заманили в ловушку в каньоне и собрались растерзать в клочья Слейтер и его банда.
— Они пытались…
— К тому времени, когда я прибыл туда, там ничего не было, кроме приманки для койота. Кольт в руках ты держать умеешь.
Улыбка Рено была так же холодна, как улыбка его брата.
— Вроде того.
— Так сказал и Калеб. Он подъехал ко мне, когда я разбирал следы баталии, пытаясь определить, куда мне двигаться дальше. Это не человек, а привидение какое-то. Возник совершенно бесшумно и перепугал меня чуть не до смерти.
Послышались новые взрывы смеха на лугу, мужской и женский голоса слились воедино, и это было как гимн солнцу, молодости и жизни.
Рено отвернулся от солнца и травы, стараясь отогнать воспоминания о том, как он сам смеялся и вдыхал аромат сирени, окружавший Еву.
— Кэл, похоже, узнал обо всем от подружки-индианки одного из своих людей, — продолжал Рейф. — Ну, брат мой, я тебе скажу, что путь из каньона, который ты выбрал, один из самых кошмарных.
— Это было лучше, чем попадать в лапы Слейтера.
— Ну, Кэл и я сошлись на более благоразумном маршруте. Мы шли за Слейтером. Он оставлял более широкий след, чем ты.
— Я не ожидал, что по моему следу отправятся друзья, — сухо сказал Рено.
— Ты оставлял для меня знаки.
