Конечно, мне следовало бы вмешаться, однако я уже испытал на себе реакцию Реджи на такие попытки и, учитывая непосредственную близость канала, посчитал, что мне больше подходит роль труса.
— Отпустите его, вы, громила! — прокричал герцог, запинаясь от недостатка воздуха.
— Отпусти его, отпусти, отпусти, он совсем слабенький! — визжала Марджери, колотя ладонями по широкой бесчувственной спине супруга.
— Дорогой, это все ты виноват, — тигрицей обрушилась на меня Урсула. — Сделай же что-нибудь!
Не успел я, однако, упрекнуть ее в вероломстве, как Реджи подтянул Перри к себе вплотную, сверля его взглядом.
— Меня тошнит от этого твоего паршивого папаши, и меня тошнит от тебя, — заорал он. — Так, значит, по мнению твоего вонючего родителя, моя жена недоштаточно хороша для тебя, а? Ладно, я вам покажу — вот ражведушь с ней, и можешь брать ее в жены, будь ты проклят!
Площадь Святого Марка — излюбленный аттракцион туристов, посещающих Венецию, а потому вполне естественно, что за нами с великим интересом следила многотысячная и многонациональная толпа.
— Что ты с-с-с-сказал?.. — вымолвил побледневший Перри, по-прежнему сотрясаемый ручищами Реджи.
— Разведусь с женой, и можешь сам жениться на ней, черт бы тебя побрал, — прорычал Реджи.
— Браво! Вот это ход! — донесся из толпы голос какого-то француза.
— Можете не сомневаться, мой сын поступит как положено, — возвестил герцог, переварив слова Реджи. — Как-никак, он учился в привилегированной школе и знает, как следует вести себя джентльмену.
— Но я не хочу жениться на ней, — выдохнул Перри.
— Как? — сказал Реджи.
— Как? — воскликнул герцог.
— Как? — чуть не хором подхватили Марджери и Урсула.
— Странный народ эти англичане, верно? — обратился француз к окружающим его зевакам.
— Я слишком молод, чтобы жениться, — жалобно произнес Перри. — Мне еще только восемнадцать лет.
— Как, ты отказываешься вернуть моей жене звание достойной женщины? — осведомился Реджи, осмысливая услышанное.
— Я не женюсь на ней, если вы это подразумеваете, — с раздражением ответил Перри.
— И должен добавить, что я согласен с моим сыном. Совершенно неподходящая партия, — опрометчиво заявил герцог.
Смерив взглядом лицо Перри, Реджи повернулся к его отцу.
— Говнюки вы оба, — заключил он и, не давая нам опомниться, поднял Перри, словно младенца, и швырнул его в Большой канал.
После чего схватил герцога и отправил его следом.