Чудо из чудес — при этом кабачке было шесть номеров для постояльцев, с ванными, телефонами, гаражом, дом стоял в саду, и значок, изображающий красное кресло-качалку, сулил полный покой. В довершение всего кабачок был удостоен трех скрещенных ложек и вилок и одной звездочки. На зиму он закрывался, но как раз в этот день должно было состояться открытие.
Я перечитал эти сведения, не веря своим глазам. Все так — черным по белому. Дальше следовал перечень фирменных блюд, который просто поразил меня — такое меню сделало бы честь крупной гостинице на Лазурном берегу.
Хозяин явно сам давал названия своим творениям, и они обличали натуру тонкую и независимую. Тут были «Раки в яичном облаке». Мясо в красном вине «Для утоления голода Теодора Пуллини», «Торт с лесной земляникой для услады Софи Клемансо». Восхищенный таким меню, я решил во что бы то ни стало сделать остановку в «Ле Пти Шансон». Захлопнул «Миш», включил зажигание и развил предельную скорость, спеша прибыть в Соловьиную Рощу до того, как другие странствующие гурманы, глотая слюнки, примчатся туда и займут все шесть номеров на постоялом дворе.
Моим глазам предстала прелестная деревушка. Два-три десятка домов привольно расположились вокруг залитой солнцем маленькой площади, на которой высокие платаны окружили маленький красивый фонтан. У одного конца площади расположилась чудесная церквушка XV века, чей тонкий шпиль наставительно возвышался над пряничными крышами жилых строений.
На подоконниках, на тротуарах, на верхних кромках каменных стен каждый свободный клочок занимали ряды цветочных горшков и ящиков, жестяных банок, а кое-где стояли даже тачки и старые ручные тележки с ослепительной россыпью ярких весенних цветов. Я остановил машину перед скамейкой, на которой сидели пять беззубых, морщинистых, как ящерицы, стариков, впитывающих лучи вечернего солнца, и спросил, как проехать в «Ле Пти Шансон». Тотчас хор дрожащих голосов и лес узловатых палок направили меня в дальний конец деревушки.
Выехав за ее пределы, я в нескольких сотнях метров увидел поворот и указатель, извещающий, что «Ле Пти Шансон» находится где-то слева. Узкая подъездная дорога вдоль серебристо-зеленого ручейка тянулась между перелеском и виноградниками, где узловатые канделябры черной лозы венчались париками свежих зеленых листьев.
Облик «Ле Пти Шансон» вполне оправдал мои ожидания.