Автор
Толмач — история о молодом сыщике, погруженном в непростую драму после случайного столкновения с экстремистами. Встреча с отчаянным шахидом заставляет главного героя задуматься о смысле жизни и верить в неизвестное свыше, подталкивая к поискам истинной правды.
– В подобных делах, господин полковник, далеко не всегда то, что лежит на поверхности, указывает на виновного. Уж вы-то это должны лучше всех знать, – ехидно отозвался парень.
– Я не ссориться приехал, Егор Матвеевич, – угрюмо буркнул жандарм.
– Так и я ссоры не ищу. Просто никак в толк не возьму, с чего вдруг вы решили ту историю на меня повесить.
– Я ж говорил. Вы главной фигурой в той истории были."
"– И что? Охота была на меня объявлена. Но главного вы сами же мне так и не сказали. И как я мог все нужное узнать?
– Вот это меня и удивило, – все так же мрачно вздохнул полковник.
– Ладно, ваше превосходительство. Минуло, и бог с ним. Вы сюда по делу, или просто для начала мосты навести? – закруглил Егор тему.
– И мосты, и по делу, – поспешил присоединиться к нему жандарм. – У нас с полдюжины всяких записок скопилось, а перевод сделать толком и некому, – добавил он, демонстрируя парню кожаную папку, которую не выпускал из рук.
– Неужто и с профессорами в университете поссориться умудрились, – не сумел промолчать Егор.
– Занятий теперь нет, вот половина и разъехалась отдыхать. А те, что остались, своими делами заняты, – устало вздохнул полковник.
– Пойдемте, – махнув рукой, пригласил парень и направился в свой кабинет.
Приказав по пути принести чаю, он привел жандарма в кабинет и, указав ему на кресло, уселся за стол. Веселовский, аккуратно достав из папки лист папиросной бумаги, положил его перед парнем и, понизив голос, тихо произнес:
– И это, самое главное.
– Угу, – задумчиво кивнул Егор, рассматривая документ.
Чуть подумав, он достал из стола чистый лист своего производства и, осторожно подсунув его под документ, вынул из того же ящика лупу на толстой деревянной ручке. Откуда она взялась в столе, парень и понятия не имел, но выкидывать не стал.
На этот документ Егор потратил почти полтора часа. Грифельный текст на тончайшем листе читался плохо, к тому же его, похоже, долгое время возили в плотно свернутом рулончике, что заметно стерло все записи. Но после внимательного анализа и подбора подходящих словосочетаний перевод состоялся.
