Автор
История о мужчине, который остался верен себе несмотря ни на что. Три поколения женщин пытались изменить его, но он сохранил боевой дух и характер. Оказавшись в невозможной ситуации, он ищет баланс между собственным выживанием и спасением близких людей.
– Итак, господин полковник, как прикажете все это понимать? – жестко поинтересовался Игнат Иванович, закидывая ногу на ногу. – С чего это вы вдруг взялись нам лазутчиков подсылать?
– Господь с вами, ваше превосходительство, – несколько смутившись, негромко вздохнул полковник. – Сложилось так, что по нашему ведомству стали всякие дела появляться, которые по рубежам империи случаются. И потому нам знать надобно стало, что там происходит. А ведомство ваше к своим делам никого подпускать не хочет. Вот и пришлось всякое придумывать.
– А просто договориться не пробовали? Говорят, помогает, – не удержавшись, фыркнул Егор. – Одно ведь, по сути, дело делаете. Разница только в том, кто где дела ведет.
– Вам бы, юноша, помолчать, пока серьезные мужи дело обсуждают, – вдруг вызверился полковник. – И вообще, я бы вас попросил…
– Бабу свою попросишь, – зашипел Егор в ответ, которого этот полковник своим снобизмом уже начал раздражать. – Спасибо скажи, что я дурака этого за лазутчика иностранного принял, а потому решил живым взять. Знай раньше, на кого работает, он бы у меня уже на дыбе визжал.
– А ведь племянник прав, – оборвал злобное шипение парня Игнат Иванович. – Осмелюсь напомнить, что он через всяких разбойников круглым сиротой остался, и потому лазутчиков всяких терпеть не может.
– Неужто и вправду стали бы живого человека мытарить? – растерянно хрюкнув, осторожно уточнил полковник, внимательно его рассматривая.
– Я на границе со степняками вырос, всякого повидать пришлось. А уж тех, кто в горе моем виновен, никак жалеть не стану, – отрезал парень, отвечая ему прямым, твердым взглядом и стараясь держать злобную физиономию.
А главное, он старательно отслеживал собственный голос. Нужно было, чтобы он звучал с уверенностью, которой Егор совсем не ощущал. В прошлом его учили многому. В том числе и бойцы спецназа, с которыми ему пришлось прогуливаться. Понятно, что все это были только обрывки верхушек, но и это было в его положении хлеб. Но чему его никогда не учили, так это применять к человеку пытки. Так что удержать так называемый покер-фейс теперь было важно. Уж очень у полковника взгляд был цепкий.
Такие взгляды Егору уже приходилось видеть в прошлом. Когда с ним проводили беседы особисты. Так что ничего нового тут не было, а вот держать себя в кулаке было просто необходимо. Удивленно хмыкнув, полковник чуть качнул головой и, вздохнув, устало произнес:"
"– Я вынужден принести вам свои извинения, господа.
