Прочтя записку Оливье, откладывавшую их разговор на позднейшее время, капитан отправился на озеро и еще раз внимательно исследовал берег в том месте, где он оставил судно; он убедился, что никакого течения в этом месте не было. Волей-неволей пришлось вернуться к мысли, что это было делом рук Ивановича. По-видимому, последний, желая овладеть его изобретением и поставить его в полную зависимость от себя и от Невидимых, убедил последних отправить на всякий случай в Австралию несколько человек, выдающихся механиков и электротехников, чтобы они были у него под рукой. Эти господа, скрываясь в буше, сумели подкупить Виллиго и его товарища, чтобы те осведомляли их обо всем, происходящем на озере Эйр и в его окрестностях, и так как опыты Красного Капитана на озере не могли не привлечь их внимания, то они учредили за озером еще более строгий надзор; при этом от них, конечно, не могла укрыться его высадка. Тогда туземцы, заманив в ловушку оставленных им на «Лебеде» людей, убили их и предоставили инженерам возможность овладеть судном и открыть секрет управления им, что было особенно легко из-за его собственной оплошности.
Как мы видим, Джонатан Спайерс в некотором отношении был недалек от истины. Но предположить, что его секрет открыли дикари, было настолько невероятно, что эта мысль, конечно, ни одной минуты не приходила ему в голову. Главным виновником всего был, несомненно, Иванович, и потому капитан в самом начале разговора с графом заявил ему, что у него общие с графом враги.
— Да, — повторил он еще раз, видя безмолвное удивление графа, — ваши враги те же, что и мои! И мы вместе будем бороться против них!
— Как, — воскликнул тот, — вы знаете имя моих врагов, знаете их намерения и планы, даже их средства борьбы… Назовите же их мне!
— Имя им легион, — ответил капитан, — и вы сами не знаете их, но они называют себя «Невидимыми». А их агент здесь в Австралии, которого вы знаете под именем «человека в маске»…
— Вы знаете «человека в маске»?!
— Да, знаю, но дал честное слово никому не называть его, и этого слова не могу нарушить! Но я не давал ему клятвы, что не поставлю его лицом к лицу с вами, что я не сорву с него его маски и не буду мстить ему за вас, и потому клянусь, что повешу его на первом же дереве, которое попадется мне на глаза в удобную минуту!
— Я — номер триста тридцать третий, член Общества Невидимых! — сказал капитан, понизив голос до шепота.
Если бы у Оливье над головой обрушилась крыша или под ногами провалился пол, он не был бы столь поражен.
— Член Общества Невидимых! — пролепетал он, побледнев, как полотно.