Кто-то
налетел на кого-то еще
и между ними вспыхнула злобная перебранка.
(а ну не путайся под ногами чучело)
(сейчас как заеду в лоб фонарем Бак лучше не зли меня честное слово)
Потом мысли вновь сфокусировались на ней, проникнутые такой неподдельной и искренней
(мы все тебя любим Рут)
нежностью, но, увы: это была очень цепкая, алчная нежность, она пугала до смерти. Руки схватили миссис Маккосланд, перевернули, а потом
(мы все тебя любим и мы поможем тебе «обратиться»)
(Я тоже люблю вас… А теперь, пожалуйста, сосредоточьтесь на мальчике. На Дэвиде Брауне и только на нем. Не надо драться и спорить.)
(мы все тебя любим Рут…)
Кое-кто из них плакал. Другие (она не хотела этого замечать, но увидела) по-звериному скалили верхние зубы, точно собаки, готовые ринуться в бой.
Эд Маккин доставил ее домой, а Хейзел Маккриди уложила в постель. Рут погрузилась в пучину странных, обрывочных снов. Проснувшись утром во вторник, она могла вспомнить лишь образ Дэвида Брауна, пытающегося сделать последние вдохи на почти безвоздушной планете. Он распластался на черной земле, иссохшей и растрескавшейся, под черным небом, заполненным ярко пылающими звездами. Изо рта и ноздрей у него начала сочиться кровь, потом лопнули глаза, и Рут села на кровати, задыхаясь от ужаса.
Она позвонила в ратушу. Трубку взяла Хейзел. Почти все дееспособные мужчины и женщины отправились в лес, сообщила она. Но если мальчика не найдут до завтра… Хейзел не закончила.
В десять утра миссис Маккосланд вновь присоединилась к поискам, продвинувшимся уже на десять миль в глубь леса.
Ньют Беррингер, только взглянув на нее, сказал:
(здесь нечего делать)
и ты это знаешь, – закончил он вслух.
– Мне есть что здесь делать, – непривычно сухо отрезала Рут. – И не мешай мне, пожалуйста.
Она провела на ногах весь долгий и душный день, перекрикиваясь с другими, пока совсем не осипла. А с наступлением сумерек разрешила Бичу Джернигану отвезти себя в город. В кузове его грузовичка лежало нечто большое, закрытое брезентом. Рут не имела понятия, что это может быть, и не желала этого знать. Ей отчаянно хотелось остаться в лесу, но миссис Маккосланд боялась, что силы вновь покинут ее и тогда ей уже не позволят вернуться. Еле заставив себя подкрепиться, она отключилась часов на шесть.
Потом сделала сандвич с ветчиной, налила себе вместо желанного кофе стакан молока и зашла в свою «школу». Села за стол, поставила рядом свой скромный завтрак, стала смотреть на кукол. Те в ответ разглядывали ее стеклянными глазками.
«Не смеяться, не шутить, – всплыло в памяти. – Квакер за тобой следит. Кто покажет язычок или зубы, тот…»
Мысль куда-то улетучилась. Немного погодя Рут поморгала, вздрогнула и очнулась. Потом, посмотрев на часы, округлила глаза.