Более того, я представить ситуацию не могла, чтобы Слава мне что-то подарил, а я бы это кому-то другому отдала.
- Не обиделся. Знаешь, мне кажется, что ему интересно, когда ему отказывают. Ему адреналин нужен. Загадка. Чтобы он не знал, чем угодить…. – Задумчиво произнесла она.
- А если ему надоест загадки отгадывать? – Склонила я голову набок.
- Тогда главное не упустить этот момент и подстроиться под ситуацию. – Пожала она плечами.
Я вновь принялась за работу.
- Наверное, я на такие жертвы не способна. – Решила. – Мне бы жить тихо и спокойно.
- Просто тебе уверенности в себе не хватает. – Кристина пожала плечами. – Потому ты и ценишь надежность и стабильность. А нам с Женей страсти подавай.
- Страстей мне в жизни хватило. – Невесело усмехнулась я. – Не хочу больше.
В пятницу стоило мне выйти из галереи, как в поле зрения тут же попал Глеб, поджидающий меня. В машине уже сидел Митька, которого мужчина забрал из детского сада.
- А мама? – Я оглянулась на Глеба.
- Карина Дмитриевна отказалась ехать, сославшись на неважное самочувствие. – Ответил тот.
Ясно. Не захотела доставлять неудобство другим людям. Ну да ладно, привыкнет еще. Может быть, ее к моему психологу записать?
- Человека я приставил, не беспокойся. – Улыбнулся он.
Пришлось поверить. Но всю дорогу до Усадьбы я думала над тем, что маму тоже надо бы отправить на реабилитацию после стольких лет жизни с отцом. Почему жертвам домашних тиранов даже молоко за вредность не положено? Здоровье-то подорвано не меньше, чем на опасном производстве….
- Мам, смотри, какие елки! – Митька носом уперся в стекло.
Елки в элитном поселке были что надо. Голубые, припорошенные снегом и обвешанные разноцветными гирляндами они выглядели просто сказочно. Даже меня проняло.
Усадьба встретила нас величавым спокойствием и неброской красотой. И елки здесь были ничуть не хуже, просто слегка подсвеченные. А вот дорожки были украшены по краям. И даже несколько криво слепленных снеговиков охраняли крыльцо.
- Привет! – Маринка выбежала на крыльцо в одной футболке.
- Сдурела? Простынешь! – Возмутилась я.
- Ванька с мелкой все равно в тереме остался. Они там с Тимкой вдвоем детей дурному учат – жевать грызунки, а не собственные пальцы. Мой всяких прорезывателей купил штук двадцать. – Отмахнулась она и сгребла меня в объятия. – Ну ты, мать, совсем исхудала.
- Я не нарочно. – Попыталась улыбнуться, надеясь, что эта жалкая гримаса убедит подругу.
