Как всегда бывает в начале скандала, толпа расступилась и образовала кольцо. В центре, как в ринге, стояли двое — крупная владелица сумки Bosco Sport и смуглый молодой бородач в олимпийке с надписью «РОССИЯ». На асфальте между ними расползалась густая вишневая лужа. Белые кроссовки бородача спереди тоже были заляпаны безнадежно.
— Зачем так делаешь, а? — воскликнул бородач и затряс ногой, сбрасывая осколки. Уши у него были сломанные, руки с короткими вздутыми мышцами, шея налилась кровью.
— Я тебя запомнила, гад! Ключи мои где? — спросила владелица Bosco, тоже в спортивном триколоре. Они были похожи сейчас на членов сборной, не поделивших место в команде. — Ключи, говорю, от машины!
Бородач как будто несколько увял и быстро огляделся по сторонам. Ноздри у него побелели.
— Они же машину у меня отобрали! — сказала владелица Bosco, продолжая наступать. — Вот этот и отобрал!
— А кстати, точно, — ахнул кто-то в заднем ряду. — Он же из этих!
Шум нарастал. Больше половины собравшихся никакой баррикады не видели вовсе и поняли только, что один из злодеев, о которых поведала им чиновница, тайно проник сюда, на безопасную сторону. А недавние заложники, чья обида была очень еще свежа, испытали внезапно такое же острое и горячее возмущение и даже обрадовались ему, словно разом вышли из-под гипноза.
— Бандит! — послышались голоса. — Морда наглая!
— Ключи! — зарычала владелица Bosco и вытянула руку.
— Чего пристала, э! Там твоя машина, иди забирай! — неблагоразумно вскричал юный бородач, который оказался вдруг один против всех и не видел вокруг ни одного знакомого лица, так что трусом выглядеть ему было нельзя. За неполные свои двадцать два он ни разу такого себе не позволил и поэтому словами, увы, не ограничился, постарался улыбнуться как можно злее, а потом метко плюнул владелице Bosco прямо в раскрытую ладонь.
Та охнула и опустила глаза. Густой плевок пенился у нее в горсти, как сода в блинном тесте.
— Ах ты дрянь! — тоненько завизжала седая хозяйка сеттера. — Дрянь, дрянь бесстыжая!
— Так, секунду. Спокойно! — громко сказала чиновница из Майбаха, которая добралась наконец до места — с досадным опозданием, в котором виноваты были ее чужие распухшие ноги, на которые нельзя вдруг стало рассчитывать. Глупую стычку, однако, еще можно было пресечь, если бы крошечная хозяйка сеттера не бросилась в этот самый момент в центр круга с явным намерением влепить бородатому наглецу пощечину.
Дальше все произошло очень быстро. Отбиваться от бабульки с платочком на шее бородач в олимпийке, конечно, не мог — она была старая, — и потому просто уклонился, только уклонился, и всё.