Я хочу… чтобы они испытали ту же боль, что и я, но в тысячу раз сильнее.
— Хм, — Шэн Линъюань кивнул, — это должно быть несложно, верно?
Чем больше она говорила, тем больше жертвенных надписей появлялось на теле Шэн Линъюаня. Он слушал ее очень внимательно, до самого последнего слова.
Наконец, женщина с трудом выплюнула:
— И я хочу… чтобы Чиюань…
Услышав это, он едва заметно изменился в лице и медленно поднял глаза.
Порой, Сюань Цзи не слишком хорошо понимал, что именно пытался произнести древний дьявол. Некоторые слова вызывали у юноши сомнения. Но стоило ему услышать это «хм», как странное предчувствие беды разом пронзило его сердце.
С силой ударив тяжелым мечом по земле, юноша подпрыгнул на высоту трех этажей. Достигнув стены, он уперся в нее ногами и быстро взобрался на крышу здания, очутившись рядом с несколькими застывшими оперативниками.
Крыша оказалась целиком покрыта жертвенными письменами. Сюань Цзи взмахнул клинком, и сияние огня заставило надписи отступить, освобождая пойманных в ловушку людей.
— Я хочу… чтобы пламя Чиюань разгорелось вновь, — едва слышно произнесла Би Чуньшэн. Жертвенные письмена под ее ногами приобрели кроваво-красный оттенок. Волной прокатившись по крыше, они собрались воедино и почти пронзили позвоночник Шэн Линъюаня. — Я…
Сюань Цзи оглянулся на глупо замерших в стороне оперативников и закричал:
— Вы все еще здесь?! Убирайтесь отсюда!
Оперативники машинально подчинились приказу. Плотно натянув на себя защиту, они поспешили вниз. Но стоило им только оторваться от земли, как из-под ног Шэн Линъюаня поднялся яростный вихрь, с ревом рванувшийся во все стороны.
Ринувшись вперед, Сюань Цзи тут же схватил Шэн Линъюаня за рукав. Юноша и сам не знал, зачем он это сделал.
Но вскоре ткань затрещала, и рукав оторвался. Сильным порывом ветра Сюань Цзи отнесло в сторону. Недолго думая, он вонзил лезвие тяжелого меча в крышу, и схватился обеими руками за рукоять, чтобы его не сдуло. В подобном положении он чувствовал себя флагом, развевавшимся на ветру.
Он увидел, как Шэн Линъюань нежно погладил Би Чуньшэн по голове, а затем, внезапно, погрузил пальцы в ее череп.
Один глаз Би Чуньшэн вытек, а из макушки фонтаном забила кровь. От шока, выражение ее лица осталось совершенно пустым.
Выпрямившись, он снисходительно посмотрел на упавшую женщину.
Впервые в истории, темное жертвоприношение оказалось прервано, потому что призванный дьявол самолично нарушил «контракт». Кровавые письмена на мгновение застыли, а затем, будто преисполнившись ярости, обратились в острые клинки.
Неуязвимое, словно вырезанное из камня, тело дьявола, в мгновение ока оказалось разрезано на куски. Но, вопреки ожиданиям, даже окровавленный он все еще продолжал улыбаться.