Взгляд моего героя на улицу был пронизан тревогой и решимостью, хотя он знал, что ранний час скрывал неурядицы и приключения в мире торговца душами. Утренние лучи мелькали через заборы, создавая живописное мерцание на улицах города, где жизнь начиналась перед заветным будильником....
Не знаю, как ты к этому отнесешься, но все же…
– Я заинтригована.
– Смотри.
Он открыл дверь своей машины и достал с заднего сиденья что-то квадратное и плоское, завернутое в бумагу. Похожее на картину или книгу.
– Разверни, – улыбнулся оборотень.
Я сдернула обертку и увидела, что это и правда картина.
– Эта картина Ванессы Хартингтон? – спросила я тихо.
– Да, – Тагриан обнял меня за плечи. – Вейн Хартингтон когда-то выкупил все картины жены и повесил их в особняке.
– И единственная, не погибшая тогда в огне, – прошептала, бережно касаясь пальцами холста.
– Мне показалось, что тебе бы хотелось иметь эту картину.
– Ты прав, – я медленно кивнула, не сводя с нее глаз. – Спасибо.
Наверное, Ванесса заслуживала того, чтобы о ней помнили. Красивая солнечная женщина, чья болезнь превратила ее супруга в безумца и заставила его попытаться пойти против законов природы, против законов нашего мира.
