— И где? У нее дома? — чуть не вырвалось: — На глазах у ребенка?
Парень нахмурился, повел глазами куда-то к потолку, переносясь мыслями в прошлое, и снова посмотрел на Демидова.
— Два раза. В гостинице.
— Почему в гостинице?
— Потому что я ее не приглашал к себе, а она к себе.
— Странно, — невольно удивился Влад. — Как вы так дружили?
— Странно, — согласился Митрофанов и вдруг разоткровенничался: — А она вообще была очень странной. Холодной, неприступной, далекой. Вот вроде и рядом с тобой, а сказать, о чем думает, что чувствует невозможно. Даже во время секса… как бревно, в общем.
— А зачем вы тогда ей помогали? Раз она… как бревно?
Снова внутри задымило.
— Во-первых, я не знал, что она бревно, а во-вторых, мог помочь и помог. Что в этом такого? Мне в свое время тоже помогли устроиться на работу.
— А как вы отнеслись к тому, что она решила, как вы сказали, не продолжать отношений?
— Нормально отнесся. Мне, знаете ли, и самому не очень нравится, когда девушка лежит под тобой, а у тебя такое чувство, что ты ее насилуешь.
Во рту у Влада сразу же стало кисло, словно он только что сожрал целый лимон.
— Хорошо, а где вы были в субботу вечером? — задал наконец вопрос, который задал бы настоящий мент. — Начиная со второй половины дня и до глубокой ночи.
— Где я был? — задумался парень. — А, — лицо его озарилось, — у меня брат двоюродный женился, я на свадьбе был. С самого утра с молодоженами катался и вечером в ресторане гулял, — предваряя дальнейший возможный вопрос, добавил: — И свидетелей этому куча.
— Ясно, — вежливо и дежурно улыбнулся Демидов. — Что ж, тогда у меня будет еще один вопрос. Сами вы никого не подозреваете? Кто-нибудь из того времени, кто мог бы желать ей зла?
Подумав, Кирилл медленно покачал головой.
Владу ничего не оставалось, как попрощаться. Он уже занес было ногу над ступенькой, но тут в голове у него возник вот теперь уж точно «последний» вопрос.
— Слышь, — остановил он почти скрывшегося за дверью парня, переходя на «ты». Больше не было необходимости играть роль полицейского — те однозначно такие вопросы не задают. — Это от тебя она сбежала в слезах во время вашего первого «общения»?
— Мужик, ты кто? — изменился в лице парень. — Ты не мент, — сообразил сразу. — Или мент, но не по этому делу.
— Ну, так, от тебя или нет?
Влад вернулся на площадку и стоял напротив Кирилла, расставив широко ноги и буравя того недобрым взглядом.
— Мужик, я не знаю, кто ты, но мне проблемы не нужны, — он выставил вперед ладони, как невидимый барьер между собой и этим странным типом. — Я Ксению не избивал, не обижал ее. И плакать я ее никогда не заставлял.
Он рассказывал о себе, а Владу казалось, что тот как будто его отчитывает.