А может, это взбудораженные новостью о возможной опасности нервы превратили их рядовую, столько раз уже имевшую место встречу в волнующую. Или… запретный плод сладок?
А он-то думал, уже все прошло, улеглось…
— Кто-то пытался открыть замок, — она сделала шаг ему навстречу, не отрывая от него глаз, словно пытаясь убедиться, что он ей верит.
Брови Влада нахмурились, потяжелел и взгляд. Ксения, сообразив, что он как-то слишком пристально изучает ее далеко от красивого лицо, отвернулась.
— Я… испугалась, — объяснила она то, что не нуждалось в объяснении, чувствуя, как внутри вновь рождается волнение, крепкой рукой перехватившее горло. Дрожь пробежала по телу, заставляя пожалеть о том, что не накинула на плечи халат. — За Дениса, — добавила она после вдоха, больше похожего на всхлип. И то, чтобы сделать его, пришлось очень сильно постараться: расправить плечи, вдохнуть полной грудью.
— Иди сюда, — поддался Влад острому желанию, возникшему у него в тот момент, когда с ее бледных губ сорвался подавленный вздох, и на короткий миг они маняще раскрылись…
Не успела Ксения толком сообразить, как оказалась уткнувшейся носом в грудь Демидова. От его куртки пахло улицей и снегом, а из расстегнутой щели замка веяло теплом и приятно пахло мужчиной. Она уже знала этот запах, присущий лицам мужского пола, но только сейчас он не оставил ее равнодушной. Возможно, этому было виной ее неспокойное внутреннее состояние, но тем не менее ей очень хотелось прильнуть к обещавшему защиту теплу и раствориться в нем.
Нет, она точно сошла с ума, раз Влад ее обнимает, и она ни капельки этому не против! Наоборот, она хочет, чтобы его объятия стали еще крепче и никогда не заканчивались!
— Не бойся. Я с тобой, — прозвучало тихо и хрипло над самым ухом, и ее словно окатило волной.
Но эта была другая волна, отличная от преследовавших ее последние дни «наплывов». Пусть такая же теплая, но теперь у нее появилось новое качество. Она была… уютной, и хотелось бесконечно качаться на ее гребнях.
— Я рядом, — произнес Влад снова, распахивая на груди куртку и укутывая ее своими объятиями. Словно прочел ее тайные мысли, угадал ее желание слиться с ним в одно целое. И хриплость его голоса, как свидетельство мужественности, а значит, защиты, действовало на нее убаюкивающе.
Ксюша расслабилась, закрыла глаза, доверчиво прильнула к нему всем телом и сразу же почувствовала, как напряжение, а вместе с ней и внутренняя дрожь стали спадать.
Так и стояли долго вдвоем. Не шелохнувшись.