С каждым разом дорога до него казалась ей все короче.
На этот раз они вышли с другой стороны. Берег здесь был пологий, местами песчаный. В зарослях тростника голубела пластиковая канистра, брошенная заезжими рыбаками.
– Вчера утром кто-то убил мою курицу, – сказала Маша, внимательно глядя на девочку.
Ксения рисовала палочкой по песку, выводя замысловатые узоры. Кончик импровизированного карандаша замер на мгновение, когда девочка услышала новость, а затем вновь двинулся, оставляя за собой узкий неглубокий след.
– Лиса? – спросила Ксения, не поднимая головы. – Может, хорь?
– Если только лиса вытащила топор из сарая, отрубила курице голову и художественно разложила останки на крыльце.
Девочка уставилась на нее. Однако неподдельное удивление плескалось в ее глазах или фальшивое – этого Маша понять не могла. Она спокойно смотрела на Ксению, не делая попыток ничего прояснить. Захочет задавать вопросы – пусть задает.
Вновь, как навязчивый слепень, ее куснуло воспоминание о Ксении, срезающей папоротник отточенным движением.
Однако когда вопрос последовал, он оказался неожиданным.
– Крови много осталось на крыльце?
– Что?
– Кровь, – повторила Ксения, подавшись вперед и впившись в Машу взглядом. – Много ее было или нет?
– Почти не было. При чем здесь кровь? Она вся слилась в том месте, где бедную птицу обезглавили.
«Об этом-то я и не подумала».
– Ты понимаешь, что это вообще-то уголовное преступление? – Маша надеялась, что ее слова прозвучат весомо, но реакция Ксении в очередной раз поставила ее в тупик.
Девочка рассмеялась.
– Какая ей разница! Она не по нашим законам живет.
Маша замерла.
– Кто живет? – Она постаралась спросить это как можно небрежнее.
«Она!» Похоже, ее первое предположение было истинным: курицу убила Кулибаба, мстя за вторжение в якимовский дом.
«На Кулибабу мне не найти никакой управы. Хм… Что делать-то теперь? Хоть с берданкой в курятнике спи. Впрочем, будем смотреть на вещи здраво: она эту берданку узлом завяжет и засунет мне же…»
– Марина.
Маша глубоко погрузилась в домыслы о том, что сделает с ней Кулибаба, если придет по душу второй курицы и обнаружит в курятнике засаду, а потому ответ Ксении в первую секунду прошел мимо ее сознания.
– Марина? – машинально переспросила она.
Ксения, как ни в чем не бывало, подняла свою палочку. Теперь она воткнула ее в землю и рисовала вокруг ее тени искривленный циферблат.
– Ты сказала – Марина?"
"С безмятежной улыбкой Ксения кивнула и продолжала свое занятие. У Маши мороз пробежал по коже при виде выражения на ее лице. «Они только усугубили ее состояние, – с тихим ужасом осознала она.