Сергей Бабкин и Макар Илюшин сосредоточены на последней задаче — сборе мотылок. В их сапогах — ажурные белые пятна, напоминающие бумажные снежинки из детства. Осенью они собирали их в лесу, теперь же ищут среди листьев зимой.
– Мариша! – Колыванов спешил по дорожке из сада. – Рад тебя видеть! Пойдем, пойдем. Парит-то как, а! Гроза будет.
Маша не замечала, что парит. Она смотрела на старика, доверчиво улыбавшегося ей, и чувствовала себя препаршиво.
Она ожидала, что Колыванов заговорит с ней об утреннем происшествии. Спросит, сидит ли водитель на своем ящике. Огорчится поведению Цыгана, в конце концов! Но Валентин Борисович ни словом не упомянул ни ящик, ни водителя, ни пса, и от этого внутри Маши подняла голову глуховатая тоска, точно бродячая собака, и тихонько завыла.
В комнатах пахло табаком и каким-то варевом. На плите побулькивал суп.
– Я, Мариша, навострился делать суповые заправки, – с энтузиазмом говорил Колыванов. – Удивительно удобная штука оказалась! В банку закатываю порезанные овощи, заливаю рассолом, а дальше нужно лишь выложить в бульон пару ложек – и вот готовый суп. Экономия времени значительная. Только обязательно нужно добавлять зелень. В наших широтах систематическое употребление разнообразной зелени, свежей и консервированной, – залог здорового пищеварения.
– Кстати, о здоровье, – сказала Маша. – Я ведь отчасти по этому поводу к вам и пришла, Валентин Борисович.
Колыванов выхватил очки из кармана, надел и встревоженно уставился на нее.
– Ты плохо себя чувствуешь? Присаживайся, пожалуйста!
– Нет, речь не обо мне. – Маша села, не отводя внимательного взгляда от старика. – Скажите, у Зои был парик?
Колыванов опешил.
– У Зои? Какой Зои?
– У Зои Гордеевой.
– А-а! Был, и еще какой! Она болела, и, как это часто случается, после лечения у нее выпали волосы. Но отчего вдруг такой неожиданный интерес, если не секрет?
Он озадаченно улыбался, глядя на Машу сквозь толстые линзы.
– Я сейчас объясню, – пообещала она. – А парик, Валентин Борисович, он ведь был рыжий, правда?
– Рыжее некуда! Со стороны Зои это приобретение было, так сказать, демонстративным шагом. В общем, он выглядел довольно дерзко, но к нему все быстро привыкли.
– После смерти Зои в доме хозяйничали Бутковы?
Колыванов нахмурился.
– Я не понимаю, к чему ты клонишь, Мариша… Но не вижу смысла скрывать: да, ее вещами занимались Вика и Альберт. Может быть, ты теперь объяснишь мне, к чему эти расспросы?
Маша сцепила пальцы в замок, подалась вперед.
– Неделю назад кто-то заглядывал ко мне в окно, когда я спала. Рыжеволосая женщина, волосы пышные и очень яркие. Я проснулась, увидела ее, а когда выбежала, она исчезла.
Брови Колыванова полезли на лоб.
