В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
Прямо сейчас отправится на вокзал и купит билет на поезд. А потом уже в дорогу соберется…
Половина одиннадцатого на часах. Для кого-то это день, а для дембеля – утро. Родители на работе, завтрак он проспал, а обеда нет. Но ничего, в сарае куры несутся, в холодильнике масло – можно поджарить яичницу.
А можно заняться этим и потом, когда билет будет на руках. До вокзала всего ничего – пятнадцать минут езды. А машина во дворе. Отец хочет подарить Макару свой любимый «Москвич», настолько он рад, что сын живым вернулся с войны.
Макар оделся, взял деньги. Их совсем немного, но на билет должно хватить. Открыв ворота, сел в машину, завел двигатель, но только выехал со двора, как напротив его дома остановился черный «БМВ». Из машины вышли двое. Знакомые лица. Макар помнил, как эти мордовороты наехали на Диму Шаталова, спутав его с отцом. Сейчас они явились по его душу.
Макар не стал останавливать машину. Напротив, он стал разгоняться, заставив братков расступиться перед ним. Один стукнул кулаком по капоту, другой – ногой по двери, но Макар резко свернул влево и прямо по траве поехал к подъездному пути, связывающему дорогу с двором соседского дома, рискуя застрять в какой-нибудь яме или проколоть колесо. Но машина не застряла, и ему удалось вырулить на дорогу. Братки к этому времени уже сели в свой «БМВ». Точно, им нужен был Макар, и они готовы ринуться за ним в погоню.
Именно на такую дорогу Макар и свернул. Отец за машиной следил тщательно – и с двигателем там порядок, и с ходовой. Но все может случиться. Вдруг колесо отвалится? Но ведь то же самое могло и с «БМВ» произойти, ведь иномарка тоже не первой молодости.
Макар гнал, не жалея машины, и очень надеялся, что у него получится доехать до Захарьевской фермы.
Эта ферма закрылась еще в конце девяностых, не выдержав заданного «ускорения» в темпах «перестройки». Двери, окна и шифер с крыши сняли ушлые умельцы, навоз разобрали на удобрение. Наверняка там сейчас все травой поросло. И людей там быть не должно – именно это Макару сейчас и нужно."
"«Москвич» забуксовал перед самой фермой. Задние колеса с ревом крутились вхолостую, машина плавно погружалась в грязь.
