В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
– Кто это такие? – спросила Алика, наставив пистолет на покойного Мукомола.
– А ты не знаешь?
– Без понятия… Смотрю, калитка открыта, зашла, услышала голоса… Тебя хотели убить?
– И пистолет у тебя случайно оказался?
– Ну, время нынче суровое, – усмехнулась Алика.
– В этом с тобой не поспоришь.
– И кто на тебя наехал?
– Бандиты.
– Из-за чего?
– Не важно.
– И это вместо благодарности?
– На чем ты приехала?
– Машина у меня.
– И ты свободно зашла во двор?
– Там рядом с домом стоит иномарка, но в ней никого нет.
– Все ушли на фронт, – усмехнулся Макар, взглядом окинув трупы.
– Ну вот, уже шутишь. Узнаю своего Макара.
– Уже не своего.
– Что, не можешь простить?
– Может, мы поговорим об этом потом, а сначала приберемся?
– Кто-то косит сено, а кто-то его убирает.
– Вот и я говорю, что ты можешь быть свободна, – хмыкнул Макар.
– Грубить только не надо.
– А то что?
– Ну, я убивать тебя не стану… А ты можешь меня убить. – Алика протянула ему свой пистолет.
– Спасибо, не надо. – Макар нагнулся и подобрал с пола пистолет Мукомола.
Алика наблюдала за ним внешне спокойно, но с внутренним напряжением. Ствол ее пистолета смотрел вниз, но в любой момент мог нацелиться на него.
– Не буду я в тебя стрелять, – усмехнулся он. – Можешь считать, что тест на морально-психическую устойчивость пройден.
– Ты не сможешь убить человека?
– Да, я не смогу убить даже тебя.
– Не любишь ты меня, Макар.
– А тебе это нужно?
– А зачем я, по-твоему, пришла?
– Сена покосить ты пришла.
– А вам убираться, – кивнула Алика и насмешливо посмотрела на Кристину. – Ну, чего стоишь? Топор неси разделочный, трупы на куски рубить будем.
– Алика, прикуси язык! – грозно глянул на свою бывшую Макар.
– А что такое, правда глаза колет? Ты из-за нее надрывался, я вот грех на душу из-за нее взяла, а она даже прибраться не может…
– Ну не все же любят кровь, как некоторые.
Макар не собирался рубить трупы на куски.
В кладовке между ванной и кухней у него лежал полиэтилен, который он купил для теплицы. Бзик на него этой весной нашел, огурцы решил выращивать, но двухмиллиметровая пленка так и осталась лежать в кладовке. И сейчас она могла очень пригодиться.
– Непромокаемый саван? – спросила Алика.
– Что-то в этом роде.
