В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
Должен же был хоть кто-то поддержать парня. Посмотрев на него, Алика тоже вызвалась, но врач разрешил поехать кому-то одному, поэтому она осталась дома.
Глава 14"
"Сотрясение мозга у Димы, в больницу его положили, но разгульная жизнь в доме у Макса продолжалась. Отряд, как говорится, не заметил потери бойца. «Братишка», он же виновник торжества, танцевал с прыщавой девчонкой с зелеными волосами, топтался с ней в обнимку под медленную музыку, верзила сидел в кресле, качал на коленях свою подружку. Кто-то с кем-то обнимался на диване.
Макар зашел в свою комнату. У одной стены – кровать, у другой – раскладушка. Дима в больнице, но Макар и не рассчитывал остаться здесь в одиночестве. Слишком уж много людей Макс позвал к себе на огонек, чтобы эта комната пустовала. И точно, на раскладушке устроилась парочка: парень лежал на спине, девчонка – на боку, ее голова покоилась у него на груди.
Кровать занимали два худосочных паренька. Нет, эти не лежали в обнимку, они просто сидели, спинами подпирая стену. Глаза закрыты, на лицах блаженные улыбки. Торчат парни в ожидании косяка.
Макар сделал пару затяжек и передал косяк на круг. На «хи-хи» его не пробило, но в голове просветлело и усталость как будто отступила. Он знал, что это чувство облегчения обманчивое, поэтому остановился.
