Автор
Судьбы трех людей — режиссера, следователя и журналиста — переплетаются в опасной игре, где каждый скрывает свои секреты. Наталья Воронова помогает нуждающимся, но сама оказывается втянута в расследование, которое угрожает ее жизни и раскрывает шокирующие истины о прошлом.
Раздел Chitat.online для книги «Тот, кто знает. Книга первая. Опасные вопросы» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Судьбы трех людей — режиссера, следователя и журналиста — переплетаются в опасной игре, где каждый скрывает свои секреты. Наталья Воронова помогает нуждающимся, но сама оказывается втянута в расследование, которое угрожает ее жизни и раскрывает шокирующие истины о прошлом.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александра Маринина Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Судьбы трех людей — режиссера, следователя и журналиста — переплетаются в опасной игре, где каждый скрывает свои секреты. Наталья Воронова помогает нуждающимся, но сама оказывается втянута в расследование, которое угрожает ее жизни и раскрывает шокирующие истины о прошлом.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Откуда? Я же тебе не говорила об этом. Неужели Инка продала?
– Ну да, твоя Инка продаст, – усмехнулся Вадим. – Она скорее себе язык откусит. Вы с ней два сапога пара, ничего друг про друга не рассказываете.
– Тогда кто же? Гриша?
– Да ты что, разве Гриша добровольно расстанется с врачебной тайной? Только под пытками, а я не садист.
– Бэлла Львовна? – высказала очередное предположение Наташа и тут же сама себе ответила: – Нет, не может быть, Бэллочка никогда не сказала бы тебе… Все, сдаюсь. Говори, кто меня продал.
– Никогда в жизни не угадаешь. Иринка.
– Ирка? – От изумления Наташа даже приподнялась в постели. – Она-то откуда об этом узнала? Ей же тогда десять лет было, я не могла с ней это обсуждать.
– Ты это обсуждала с Бэллой Львовной. А Иринка подслушивала под дверью. И потом мне доложила. Только ты ее не ругай, она же маленькая была, не понимала, что подслушивать неприлично, а пересказывать подслушанное – подло. Ну так что, остановимся на Григории Воронове?
– Остановимся, – согласилась Наташа.
– Тогда давай спать.
* * *Через два дня, 10 марта, телепрограммы обрушили на головы людей очередную порцию симфонической музыки и классического балета. Первой в квартире печальную новость узнала, как обычно, Бэлла Львовна, она включала телевизор с самого утра.
Наташа на кухне возилась с обедом, когда соседка выглянула из своей комнаты.
– Наташенька, кажется, у нас опять кто-то умер, – громким шепотом сообщила она.
Наташа в испуге обернулась. Что случилось? Неужели Полина Михайловна…
– Кто? – вмиг задеревеневшими губами спросила она.
– Кто-то из руководства страны. Опять по телевизору по всем программам минорная музыка. Черненко, наверное.
– О господи, как вы меня напугали. – Наташа с облегчением перевела дух. – Я уж думала, кто-то из наших… Интересно, кого теперь генсеком выберут вместо него?
– Завтра узнаем.
– Думаете, уже завтра внеочередной Пленум ЦК соберут? – с сомнением покачала головой Наташа. – Вряд ли так скоро, на это время нужно."
"– Ой, Наташенька, какая ты у меня правильная, – засмеялась Бэлла Львовна. – При чем тут Пленум ЦК? Завтра в газетах опубликуют официальный некролог и назовут руководителя комиссии по организации похорон. Кто руководитель – тот и будущий генсек. Все просто. Так всегда было, Брежнева хоронил Андропов, Андропова хоронил Черненко. Кто Черненко похоронит, тот и будет нами руководить, пока сам не помрет. Интересно, новый генсек будет такой же старый или чуток посвежее?
– Побойтесь бога, Бэлла Львовна! Откуда такой цинизм? – пряча улыбку, заметила Наташа.
– Как это откуда? Оттуда же, откуда и у всех. В нашей стране все так думают, только не все вслух говорят. И не морочь мне голову своей идейностью, я ей цену знаю.
