Автор
В глубине души читательница словно очнулась от долгого сна, уловив волны волнения и страха юности. В эпоху Перекрестка 1992-1993 годов Наталья неуклюже высказывала свои опасения Андрею, окутанным страхом вины за свои поступки. Эти страницы — кладовая ярких воспоминаний и острых чувств, где любовь и предательство взаимодействуют на пороге смерти, придавая истории непредсказуемость и глубину.
— Ты выйди, я поищу, где машину поставить, а то здесь все забито, — сказал он.
Ира вышла, девушка тут же подлетела к ней.
— Здравствуйте, меня зовут Алена, я администратор информационных программ, — начала она с деловым видом и тут же сбилась на совсем девический тон. — Ой, а вы в жизни гораздо красивее, чем в кино. Я с таким удовольствием смотрела «Соседей»! Руслан сказал, что у вас срочное сообщение.
— Да. Я хочу рассказать правду о том убийстве, за которое был когда-то осужден Борис Иванович Бахтин.
— Он что, действительно маньяк? — Алена понизила голос до шепота.
— Нет. Он убил маньяка, когда тот насиловал очередную жертву. Руслан сказал, что вы даете мне три минуты.
— Две с половиной, — уточнила Алена.
— Он сказал — три! — настойчиво повторила Ира.
— Всего три. Две с половиной вам и тридцать секунд ему. Больше никак не получается, блок новостей мы сокращать не можем, ваше выступление мы ставим вместо репортажа. У нас вся программа — десять минут. Третья часть ваша. Это очень много, просто беспрецедентно, мы на это пошли только ради Руслана. Нильский — это имя.
Подошел Руслан, и они все вместе двинулись в студию. Дальше все происходило в бешеном темпе. Бегом в гримерную, оттуда — галопом в студию, на Иру нацепили микрофон и скороговоркой объяснили, куда смотреть, когда начинать говорить и как следить за временем. Рядом усадили Руслана.
— Десять секунд до эфира! — раздалось в студии.
Ведущая информационной программы поерзала на стуле, расправила плечи, приготовила лицо. На экране появилась заставка. Ира с удивлением отметила, что совершенно не нервничает. Все волнение, выбивавшее ее из колеи во время разговора с Русланом, куда-то пропало. Наверное, обстановка в студии напомнила ей съемочную площадку. Режиссер, камеры, операторы, звукооператоры, администраторы, свет, заготовленный текст. Только главные действующие лица перед камерами не актеры, а дикторы. Обстановка показалась ей привычной, и она успокоилась.
— В нашем информационном выпуске вы не увидите репортажа, — говорила диктор. — Вместо него мы предоставляем слово нашим гостям — актрисе Ирине Савенич и журналисту Руслану Нильскому.
— Здравствуйте, — начала Ира, — меня зовут Ирина Савенич, я приехала из Москвы, чтобы восстановить правду, которая была когда-то нарушена по моей вине.
Вот черт возьми, она же не хотела так начинать! Готовилась, готовилась, продумывала текст выступления и сделала все наоборот.
