Автор
Я заботилась не только о своих близких, но и о незнакомке Бэллочке и маленькой Иринке. Всех я держала в своей жизни - от силы своих рук и сердца. Но что же заставило меня поплатиться? Может быть, за то, что я убила человека? На самом деле тогда никто не умирал, не было причин для смерти, только ТО — нечто большее, чем просто жизнь и смерть.
Похоже, «Тот, кто знает» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Уж о чем они там разговаривали, Игорь не слышал, но результат его ошарашил: в гости к семье Мащенко явилось все семейство Колбиных в полном составе – мама, папа, старший брат и сам Колобашка.
– Мы так рады, что у Сашеньки наконец появился друг в школе, – чирикала Колобашкина мама. – А то он все один да один, ни с кем не дружит.
Колобашку, как самого слабовидящего, усадили прямо перед экраном.
– Во клево! – не переставал восторгаться Саша. – Никогда по такому классному телику хоккей не смотрел.
Телевизор у Мащенко и впрямь был отличный, цветной, с большим экраном, фирмы «Грюндиг». Наши хоккеисты победили со счетом 7:3, и стены квартиры, да и всего дома в тот вечер содрогались то от рева восхищения, то от стонов отчаяния.
На другой день к Игорю в школе подошел Гена Потоцкий, тот самый вихрастый паренек, который прогнал его с задней парты возле окна.
– Колобашка сказал, что смотрел вчера хоккей у тебя дома. Врет, нет?
– Смотрел, – подтвердил Игорь, замирая от страха и одновременно от радости. К нему впервые обратился кто-то, кроме ненавистного Колобашки. И не просто кто-то, а сам Генка Потоцкий. За несколько дней Игорь успел понять, что Генка – самый авторитетный в классе, как скажет – так и будет."
"– Он говорит, у тебя телик клевый. Врет, нет?
– «Грюндиг», – неумело пытаясь скрыть гордость, заявил Игорь.
– Ух ты! А чего ты с Колобашкой сидишь? Убогих любишь?
– Так больше не с кем сидеть, других мест нет. Зоя Николаевна меня посадила, вот и сижу, – простодушно объяснил Игорь.
– Заметано, – таинственно подмигнул Генка.
Когда ребята вернулись в класс после переменки, Потоцкий подошел к пареньку, сидящему за партой прямо перед ним.
– Колян, освободи место, пересядь к Колобашке.
– Почему? – в ужасе закричал тот. – Я не хочу, я здесь сижу.
– Ну пересядь, будь человеком. А то побью, – пригрозил Потоцкий.
– Игорь, иди сюда, с нами сидеть будешь.
Дома у Генки телевизор был не хуже, настоящий «Филипс», он тоже, как и Игорь, имел возможность видеть в цвете мельчайшие детали знаменитых хоккейных матчей, в том числе и надписи на клюшках игроков. Оба мальчика первыми в классе стали делать из спичечных коробков миниатюрные клюшечки с надписями «KOHO», «TITAN» и «JAFE» и со знанием дела обсуждали ход игры, пересыпая свою речь фамилиями Михайлова, Петрова, Харламова, Якушева, Старшинова, Кузькина и Викулова.
