Автор
Я заботилась не только о своих близких, но и о незнакомке Бэллочке и маленькой Иринке. Всех я держала в своей жизни - от силы своих рук и сердца. Но что же заставило меня поплатиться? Может быть, за то, что я убила человека? На самом деле тогда никто не умирал, не было причин для смерти, только ТО — нечто большее, чем просто жизнь и смерть....
Похоже, «Тот, кто знает» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ниночка, например, работала телефонисткой в воинской части, работа трехсменная, и часто бывало, что она договаривалась по телефону куда-то пойти, а потом, не кладя трубку, громко кричала:
– Бэлла Львовна, на следующей неделе в среду я в какую смену работаю?
Собственно, Ниночка и сама могла бы подсчитать, но для этого ей пришлось бы сильно напрягаться, при этом с риском допустить ошибку, или вести специальный календарик, а Бэлла Львовна делала это быстро и в уме и уже через пару секунд отвечала:
– На следующей неделе в среду тебе в ночь выходить.
Вот и сейчас неловкие ухищрения Наташи скрыть ссору, происходящую у нее дома, ни к чему не привели, Бэлла Львовна все равно помнит, что сегодня – конец четверти, и понимает, что крик поднялся именно из-за оценок в Наташином табеле.
– Так что тебе выставили за четверть? – терпеливо повторила соседка.
– Там все хорошо, только две тройки.
– Только две тройки! – Бэлла Львовна трагически всплеснула руками. – Нет, вы послушайте это невинное дитя! Две тройки! Откуда они взялись, золотая моя? У тебя не должно быть троек вообще, ты понимаешь? У тебя даже четверок не должно быть.
– Зачем? – недоумевающе спросила Наташа.
Ну ладно, учиться без троек – это еще можно понять. Получать в школе только «хорошо» и «отлично» – это почетно и похвально, за это даже грамоты дают. Но одни пятерки? Нет, это уж слишком. Да и для чего так напрягаться? Вон Марик учился-учился на одни свои хваленые пятерки, а в институт два раза проваливался.
– Что – зачем?"
"– Зачем получать одни пятерки? Вот Марик же не поступил со своими пятерками в институт, даже два раза, – простодушно заявила Наташа.
Бэлла Львовна вдруг сделалась серьезной и зачем-то выключила телевизор.
– Послушай меня, золотая моя, – сказала она негромко, садясь рядом с Наташей на диван, – я скажу тебе одну очень важную вещь, может быть, я скажу ее тебе слишком рано, но лучше раньше, чем опоздать.
